Книга Девять хвостов бессмертного мастера. Том 4, страница 81 – Джин Соул

«Если он все деревья переметил, то у него на задке должна была образоваться проплешина!» – с ухмылкой подумал Ху Вэй.

— Пометив территорию, – продолжал Ху Фэйцинь, – Сяоху передушил всех мышей в саду Цветения.

— Молодец! – одобрил Ху Вэй.

— Ты что! – вскликнул Ху Фэйцинь. – Это ведь были небесные мыши!

— А чем небесные от обычных отличаются? – не понял Ху Вэй. – Мыши – они везде мыши.

— Небесные мыши – слуги Мышиного бога, – объяснил Ху Фэйцинь, накрывая глаза ладонью. – Когда Мышиный бог об этом узнал, он лишился чувств.

— И боги у вас хлипкие, – фыркнул Ху Вэй. – И что Недопёсок сделал с передушенными мышами?

— Съел, разумеется, и теперь у него семь хвостов. Видишь ли, небесные мыши обладают духовными силами.

— Ай да Недопёсок! Накуролисил так накуролисил! И как удалось замять скандал?

Ху Фэйцинь покраснел:

— Пришлось сказать, что это было мышеприношение Лисьему богу… хоть мне и не досталось ни хвостика.

Ху Вэй так хохотал, что начал икать. Ху Фэйциню даже пришлось похлопать его по спине.

— Семь хвостов, – сказал Ху Вэй, – это уже серьёзная заявка на обожествление. Бог-подкопай из него выйдет отменный!

— Кто? – не понял Ху Фэйцинь.

— Подкопай, раз уж он повсюду подкапывается и подрывается, – объяснил Ху Вэй совершенно серьёзно. – Его мышами, как говорится, не корми… ха-ха, нет, как раз – корми…

Ху Фэйцинь толкнул Ху Вэя в бок:

— Хватит, у тебя колики от хохота начнутся.

— Сил никаких нет, – подтвердил Ху Вэй, перегибаясь пополам. – Ай да лисий сын!

Ху Фэйцинь терпеливо ждал, когда Ху Вэй успокоится окончательно. Ху Вэй отдышался, вытер с глаз проступившие от хохота слёзы, покосился на Ху Фэйциня.

— Недопёска, надеюсь, не наказали? – осведомился Ху Вэй. – Даже если он и передушил с десяток садовых мышей…

— Две сотни, – сказал Ху Фэйцинь.

— Хы-хы-хы… – опять сбился на хохот Ху Вэй, – ну да ничего, мыши быстро плодятся. Их уже наверняка в сто раз больше, чем было до… мышеприношения. Так его не наказали?

— Я бы не позволил, – нахмурился Ху Фэйцинь. – Но это… мышеприношение… Кому-то из чиновников пришло в голову, что нужно внедрить его как ритуал почитания Лисьего бога.

— То есть тебя? – фыркнул Ху Вэй.

— То есть меня, – кивнул Ху Фэйцинь. – И даже Мышиный бог счёл, что это почётная жертва. Не представляешь, каких трудов мне стоило улиснуть от этого!

— И зря, – заметил Ху Вэй, – уж живых мышей вряд ли бы удалось перед пожертвованием напичкать ядом. Хотя бы ел вволю.

— Я не настолько кровожаден, – сердито сказал Ху Фэйцинь. – И вообще, ты же знаешь, что я не люблю мышей. Они… костистые, я всегда давлюсь, когда их ем.

— Целиком глотать надо, – рассудительно сказал Ху Вэй.

— Фу…

— Однако же, – хорошенько подумав, сказал Ху Вэй, – всё это не объясняет, почему Недопёсок решил прилисить себе должность небесного садовника.

— Всё поймёшь, когда его увидишь, – сказал Ху Фэйцинь.

Деревья в саду Цветения перемежались с лужайками. На клумбах цвели самые разнообразные цветы, многие из которых Ху Вэй видел впервые. Ху Фэйцинь пояснил, что это небесные разновидности цветов, не встречающиеся нигде, кроме как на Небесах.

Некоторые выглядели причудливо. К примеру, небесные ирисы, как назвал их Ху Фэйцинь. Если бы Ху Фэйцинь не сказал, Ху Вэй нипочём бы не догадался, что это ирисы. Соцветиями они походили на камыш, если только можно представить себе камыш ядовито-фиолетового цвета, так почему бы просто не назвать их небесным камышом? Но Ху Вэй не слишком удивился: он уже успел понять, что на Небесах всё устроено через хорью холку. Долго же придётся Ху Фэйциню приводить Небеса в лисий вид!