Книга Девять хвостов бессмертного мастера. Том 5, страница 209 – Джин Соул

В какой-то момент Ли Цзэ не смог увернуться, и змея вцепилась ему в левую руку острыми, как кинжалы, зубами. Хлынула кровь, забрызгав все вокруг. В глазах у Ли Цзэ потемнело. Чудовищные челюсти смяли и искрошили ему кости. Руку он чувствовать перестал, так, что даже не был уверен, есть ли она еще у него. Он крепче сжал меч и вогнал его змее в правый глаз по самую рукоять. Кровь у змеи была такая же черная, как и шкура. Змея издала оглушительный рев – еще один признак, что это демон: змеи не могут кричать, только шипят, – пасть ее раскрылась при этом, выпустив левую руку Ли Цзэ, и она так хлестанула его хвостом, корчась от боли и ярости, что Ли Цзэ опять пробил собой еще несколько стен.

Он попытался упереться мечом в землю, чтобы встать, как сделал это в прошлый раз, но обнаружил, что отцовский меч сломан едва ли не по самую рукоять. Клинок остался в глазнице демонической змеи, которая продолжала извиваться немыслимыми кольцами и реветь. Неужели и этого было мало, чтобы ее прикончить? Ли Цзэ знал, что зверь погибает, когда оружие протыкает ему глаз, а ведь его меч глубоко вошел в глазницу демонической змеи и даже застрял в ней.

«Добить… нужно ее добить…» – подумал он, сделав над собой усилие, чтобы встать.

Левая рука его висела, как плеть, кости были изломаны, плоть разорвана. Вероятно, он уже никогда не сможет ею пользоваться, но у него все еще оставалась правая рука. Ли Цзэ выронил сломанный меч, пошатываясь, побрел к агонизирующей змее. Останься у него невредимой левая рука, он мог бы попытаться обхватить шею змеи обеими руками и задушить ее. Но что он сможет сделать одной правой?

Перед глазами мутилось. Ли Цзэ скорее по наитию, чем осознанно, ухватил змею за хвост и, размотав ее над головой, зашвырнул далеко-далеко в сторону гор. Она сшибала собой крыши домов и деревья, снесла несколько горных вершин и упала где-то далеко позади гор, в чужих землях, как представлялось Ли Цзэ. Оглушительный грохот донесся до этих мест, звуковая волна прошила столицу от края до края, земля содрогнулась. Ли Цзэ переступил ногами и устоял.

— Цзэ-Цзэ! – к нему уже бежал Янь Гун и, кажется, еще кто-то, быть может, Цзао-гэ. Ли Цзэ не мог разглядеть.

— Что, Гунгун, – тяжело дыша, выдохнул Ли Цзэ, – пора переписать легенду о силаче Ли Цзэ, а?

— Цзэ-Цзэ… – прошептал Янь Гун, широко раскрытыми глазами глядя на него. – Твоя… твоя рука!..

Ли Цзэ поглядел на левую руку. Кровавое месиво стремительно начало чернеть и пузыриться. Среди осколков собственных костей и клочков мышц торчал змеиный зуб. Ли Цзэ нащупал его и выдернул, черная струйка брызнула следом.

— Яд! – воскликнул Янь Гун. – Из змеиного зуба струится яд!

Ли Цзэ выронил змеиный зуб, с некоторым удивлением поглядел на свои пальцы – они разжались сами собой, сведенные параличом.

— Гунгун, – выговорил Ли Цзэ, покачнувшись, – распорядись…

Договорить он уже не смог, сознание помутилось, и Ли Цзэ ничком упал на землю, прежде чем Янь Гун успел его подхватить.

После – ничего не было, лишь чернота забвения.

Или смерть.

Ли Цзэ открыл глаза. В белесой пелене над ним покачивался из стороны в сторону потолок его собственных покоев. Несколько минут понадобилось, чтобы осознать, что это не своды раскачиваются, а просто кружится голова. Ли Цзэ крепко зажмурился, открыл глаза снова.