Книга Девять хвостов бессмертного мастера. Том 6, страница 167 – Джин Соул

— Но ведь мы говорим не о прошлом, а о настоящем, – язвительно повторил его слова Мин Лу. – А в настоящем он просто сумасшедший. Я не разрешу ему остаться. Я велю его вышвырнуть.

— Ну, если до такого дошло, – протянул Ван Жунсин, смерив Мин Лу холодным взглядом, и отчеканил: – Тогда я покину дворец вместе с ним.

— Ты не можешь этого сделать! – взвился Мин Лу.

— Почему? – удивился Ван Жунсин.

— Если ты даже просто заговоришь об этом, тебя сразу же казнят!

— Пусть, – спокойно сказал Ван Жунсин.

— Пусть?! – потрясённо повторил Мин Лу. – Жунсин, ты точно спятил!

— Я знаю, что «тень» императора не может его покинуть, но я предпочту смерть новой разлуке, – чётко сказал Ван Жунсин. – Теперь-то я точно уверен, что за смертью наступает новая жизнь.

— Ты! – завопил Мин Лу, грохнув по столу уже обоими кулаками.

— Решать тебе, – спокойно сказал Ван Жунсин, словно бы и не замечая вспышки его гнева, – ты же у нас император.

— Ты! Все вы! Предатели, – прорычал Мин Лу. – Сначала этот бог войны, теперь ты!

— Если ты разрешишь ему остаться, мне не придётся покидать дворец, в том числе и вперёд ногами, – рассудил Ван Жунсин. – Если ты поговоришь с ним, то убедишься, что он мудрый человек. Он будет тебе полезен. Просто дай ему немного времени. Нам обоим. Нам обоим нужно немного успокоиться.

— Замолчи, – резко сказал Мин Лу.

Ван Жунсин замолчал и сложил кулаки, как полагается делать провинившемуся слуге.

— И перестать вести себя, как слуга, – совсем взбеленился Мин Лу.

— Но если ты обращаешься со мной, как со слугой, как ещё мне себя вести? – возразил Ван Жунсин.

Мин Лу заскрипел зубами:

— Убирайся! И на глаза мне не показывайся! Видеть тебя не хочу! Пошёл вон!

Ван Жунсин поклонился ещё раз и вышел, сделав вид, что не слышит, как в покоях императора грохочет мебель.

Ван Жунсин нисколько не волновался: он досконально изучил характер брата, потому у Мин Лу не было ни единого шанса, когда дело доходило до споров или ссор. Ван Жунсин всегда знал, на что нужно надавить, чтобы добиться своего. А ещё он знал, что Мин Лу ни за что не позволит молочному брату покинуть дворец, потому что страшится одиночества. Подловато было сыграть на этом, но Ван Жунсин и это бросил бы на весы, если бы дело дошло до серьёзного противостояния. Он знал, что Мин Лу скорее позволит остаться во дворце сумасшедшему преступнику, каким он считал Чжу Вансяна, чем лишится друга и брата, каким для него с самого детства был Ван Жунсин. И уж конечно Мин Лу не позволит Ван Жунсину пойти и заявить министрам, что хочет покинуть дворец, потому что это грозит неминуемой смертью, а значит, опять-таки одиночеством для Мин Лу.

«Прости, Лу-эр, – подумал Ван Жунсин, прекрасно понимая, что Мин Лу предстоит несколько часов душевных терзаний, прежде чем он сдастся и примет решение, – но это единственное, в чём я не могу тебе уступить».

Чжу Вансян закончил завтракать, провёл по губам салфеткой и откинулся на спинку стула, складывая руки на коленях. Наполняющий покои солнечный свет навевал дремоту. Чжу Вансян помигал глазами, прикрылся рукавом от наиболее настырного солнечного луча.

Старший слуга, заметив это, прикрыл ставни:

— Господин Чжу, если у вас болят глаза, дворцовый лекарь может вас осмотреть.