Книга Девять хвостов бессмертного мастера. Том 7, страница 234 – Джин Соул

«На память предков лапу поднял?»

«К хорькам на таких предков! Ничем не лучше их!»

«Поговори мне ещё!»

«И что ты мне сделаешь?»

«Я… я тебя ещё сильнее стукну!»

«Это мы ещё посмотрим, кто кого стукнет!»

Но ругайся, не ругайся, а остановиться-то нельзя! Исчерпав запас ругательств, отец с сыном некоторое время бились лбами молча, и лица у них становились всё мрачнее. Написанное кистью Нерушимой Клятвы оставалось в вечности: заклятью не рассеяться, пока условие не будет выполнено. И, вероятно, даже если они помирятся, но однажды поссорятся вновь, то всё повторится.

Ничего не поделаешь, пришлось мириться. Но Ху Вэй всё равно сказал напоследок, что ноги его не будет в поместье Ху, а Ху Цзин сказал, что и так его не пустил бы.

* * *

— Или усердно молился? – продолжал язвить У Чжунхэ. – Не рассчитал поклон и ударился лбом об пол? В лисьих храмах ведь каменные плиты. Надо было подушку подложить.

— Смейся, смейся, – зловеще изрёк Ху Цзин. – Вот явится Лисий бог, да взмахнёт этой поганкой, тогда поглядим!

— Чем? – не понял У Чжунхэ. Воображение живо нарисовало Лисьего бога с мухомором в лапе, но он от него отмахнулся, настолько нелепо это выглядело.

Ху Цзин только фыркнул и воззрился на вошедших в павильон Лао Луна и Ху Сюань. Ху Сюань, заметив его взгляд, невольно вздрогнула и постаралась даже не дышать в ту сторону, где сидели лисьи демоны. Лао Лун так был поглощён собственными мыслями – в предвкушении кудряшек! – что ничего не заметил. Он провёл Ху Сюань к почётному месту, отведённому царю драконов, и воцарился там: цари должны царить!

— Лунван, а если они догадаются? – с тревогой спросила Ху Сюань, подёргав Лао Луна за рукав.

— Да какая теперь уже разница? – отозвался Лао Лун и зубасто улыбнулся лисьей родне. Дядюшкам Ху резко расхотелось смотреть в эту сторону, только Ху Цзин по-прежнему сверлил их взглядом, да Тощая, решившая быть образцовой мачехой, махала им рукой и щерилась в ответ. Но потом тройняшки выбрались из короба, и лисьей родне стало не до Ху Сюань.

Черепаха вползла в павильон и бесцеремонно влезла на стол небеснолисьедраконьей четы.

— Эй! – возмутился Лао Лун. – Ещё и с лапами на стол… Иди на своё место!

— Моё место занято, – отозвался Угвэй, по всем черепашьим правилам спрятавшись в панцирь, потому что Лао Лун вознамерился ткнуть в него палочкой для еды. – А почётнее моего только это.

Лао Лун усердно принялся тыкать палочкой в черепаший панцирь, чтобы спихнуть незваного гостя на пол, но черепаха будто брюхом к столу приклеилась! Лао Лун щёлкнул языком и схватил черепаху пальцами за панцирь, но оторвать её от стола не смог.

— Черепаший гнёт, – горделиво сказал Угвэй. – Хоть ты все силы приложи, с места не сдвинешь, пока я не возжелаю.

— Ну так возжелай, – рассердился Лао Лун.

— Не возжелаю, – отозвался Черепаший бог и притворился спящим.

— Похлёбку из него сварить, – ругнулся Лао Лун, – или запечь в собственном панцире!

— Да что он, тебе мешает? – примирительно сказала Ху Сюань. – Пусть лежит. Курильница же, когда на столе стоит, не мешает?

Черепаший панцирь действительно напоминал курильницу, только дырки были не сверху, а сбоку.

— Надеюсь только, – проворчал Лао Лун, – он нам тут… не подпустит «воскурений».

— Эй! – возмутился Черепаший бог.