Книга Девять хвостов бессмертного мастера. Том 7, страница 151 – Джин Соул

— Время чаепития? – с надеждой спросил Юн Гуань.

В руках Шэнь-цзы не было подноса с чайником и чашками, но это ничего не значило. Шэнь-цзы считала, что распивать чаи за рабочим столом не подобает: ещё опрокинешь нечаянно чашку и зальёшь чаем списки жизни и смерти. Неизвестно, что тогда случится, но уж точно ничего хорошего. Поэтому Шэнь-цзы приносила чай в садовую беседку, которую Юн Гуань создал специально для таких случаев. А ещё в ней можно было вытянуться на скамье во весь рост, закинуть ногу на ногу, а голову положить к Шэнь-цзы на колени, закрыть глаза и позабыть обо всём на свете, пока «всё на свете» не напомнит о себе. Скажем, звуком гонга.

— Что это было? – воскликнула Шэнь-цзы, вздрагивая всем телом.

Вечный судия с неохотой поднялся, прижимая пясть к виску. К звукам вселенского масштаба он был очень чувствителен: они воспринимались так, словно их кричали ему прямо в ухо.

— Гонг, – ответил Юн Гуань и попытался вытрясти из уха отзвуки, постучав по противоположному виску ладонью.

— Нет, я о том голосе, – возразила Шэнь-цзы, – что велел нам явиться в мир смертных.

Юн Гуань уставился на неё широко раскрытыми глазами:

— Ты слышала голос?

— А ты нет? – беспокойно уточнила Шэнь-цзы.

— Я-то слышал, а вот почему его смогла расслышать ты…

Вечный судия взглянул на Шэнь-цзы внутренним зрением. Лозы узоров оплели почти всё её тело. Что ж, тогда понятно: Шэнь-цзы практически полностью слилась с Посмертием – с Юн Гуанем! – и переняла, пусть и не осознавала этого ещё, его способности, в том числе и способность слышать звуки Изначального.

— Со мной что-то не так? – неверно истолковала его взгляд Шэнь-цзы.

— Всё так, – с удовлетворённой улыбкой возразил Вечный судия. – А голос этот принадлежал Владыке миров.

— О… – только и отозвалась Шэнь-цзы.

Тёплых чувств она к демиургу не питала, ведь именно по его приказу Юн Гуаня наказали посланцы ада, отрезав ему волосы и лишив тем самым сил. Конечно, с тех пор прошло немало времени и волосы отросли, но Шэнь-цзы хорошо помнила, как мучился тогда Юн Гуань и чего ему стоило стать прежним.

Юн Гуань сел на скамью, повернулся к Шэнь-цзы спиной и велел:

— Шэнь-цзы, посмотри, насколько отросли мои волосы.

Шэнь-цзы послушно пересела ближе к Юн Гуаню и стала измерять ему длину косы. Результатом, как, впрочем, и процессом, Вечный судия остался доволен. Это было излюбленной забавой Юн Гуаня, даже когда волосы отросли до изначального состояния. Измеряла длину волос Вечного судии Шэнь-цзы расстоянием между пальцами, большим и указательным, но для этого приходилось держать косу Юн Гуаня на ладони. Вечный судия любил, когда Шэнь-цзы прикасалась к его волосам, и даже иногда просил её расплетать и заплетать ему косу.

— Очень хорошо, – сказал Вечный судия, когда Шэнь-цзы назвала ему результаты измерения, – они теперь даже длиннее прежнего, очень хорошо.

— Почему? – спросила Шэнь-цзы.

— Потому что мы с тобой отправляемся в мир смертных, – сказал Юн Гуань, – а для такого путешествия мне нужно владеть собой в совершенстве.

— Разве в мир смертных отправиться сложнее, чем на Небеса? – удивилась Шэнь-цзы.

— Конечно, сложнее, – уверенно кивнул Юн Гуань. – Небеса пронизаны духовными силами, контролировать себя там легче. А духовные вены мира смертных давно оскудели. Впрочем, там есть так называемые «места силы», которые образуются на стыке духовных вен или там, где произошло что-то экстраординарное.