Книга Мертвая невеста, страница 74 – Дарья Иорданская

— Может, оно его забавляет?

Лусы хмыкнула:

— Он психопат, по-твоему?

Джэнис пожала плечами:

— Почему бы и нет?

— Я знакома с настоящими психами, – покачала головой Лусы. – Поверь мне, Чень вполне адекватен.

Сейчас она и сама не могла сказать, относит ли к «психам» своих родных со всеми их видениями и себя заодно или же Хо Яна. Хо Яна, пусть о покойных и не говорят плохо, сложно было назвать нормальным.

Лусы приготовила чай и с ногами забралась на лавку. Невнятный травянистый вкус раздражал ее. Сегодня, впрочем, все раздражало. И неудачный побег, и Джэнис с ее идеями, и начавший накрапывать дождик – не по-августовски холодный, – и тревожная тишина за окном. С того места, где она сидела, видно было только лес, серо-зеленый от дождя и тусклого света. Нельзя было точно сказать, караулят ли их по-прежнему или разошлись.

— Деревенские все еще здесь, – сообщила Джэнис. – Сторожат, как бы мы не сбежали. И то, что сказал твой парень, – не совет, а банальная угроза. Когда нас придут убивать, сама все поймешь.

— Зачем им нас убивать? – вздохнула Лусы. – Мы ничего не знаем и никуда не совали свой нос в отличие от, я убеждена, Хо Яна. Так что если они до сих пор этого не сделали…

— Значит, у них на нас другие, более зловещие планы, – пожала плечами Джэнис.

Лусы тут не смогла удержаться от смеха:

— Где ты прежде работала? В издании, рассказывающем о похищениях инопланетянами? Что за зловещий план? Нас скормят Невесте?

— Я бы так не смеялась на твоем месте. Сегодня пятый день седьмого месяца – вот, погляди, у меня в приложении написано: «Благоприятный день для жертвоприношений». Так что всякое может случиться.

— В малазийском ужастике, – согласилась Лусы. – Но не в этой трухлявой деревне.

— Как знаешь, – фыркнула Джэнис. – Я буду наверху, если понадоблюсь.

— Я закричу, когда меня будут приносить в жертву, – кивнула Лусы.

Джэнис проворчала что-то себе под нос и ушла вверх по лестнице. Когда она скрылась в полумраке, веселость пошла на убыль. Лусы с трудом сдерживала дрожь, хотя призрак Невесты по-прежнему ей казался жуткой фантазией, порождением больного сознания. Но при этом совершенно отрицать присутствие в этой деревне чего-то дурного она бы не смогла. Зло здесь таилось явное и осязаемое, и оно едва ли было связано с демоном или призраком. Оно было в людях и, несомненно, в самом этом месте. Места, где долго творятся дурные дела, сами становятся демоном, любила повторять бабушка.

В дверь тихо постучали. Даже, можно сказать, поскреблись как-то по-мышиному. В свете всех размышлений это прозвучало зловеще.

— Сестрица Лусы, впусти. Мне нужно кое-что тебе сказать, – промямлил тихий робкий голосок, и Лусы узнала Сяо Лу.

Нахлынуло нечто темное. Не страх, но ожидание его. Ладони вспотели. Лусы быстро вытерла их об одежду, отодвинула чашку дальше от края и медленно подошла к двери.

— Что тебе нужно?

— Я… я пришла извиниться, – ответила Сяо Лу из-за двери. – Я не хотела… я…

Лусы ей не поверила. Что бы ни произошло тогда на улице, явление призрака или временное помрачение сознания, Сяо Лу совершенно точно что-то задумала. И Лусы не готова была доверять ей сейчас. Она всегда полагала, что одно предательство в конечном итоге влечет за собой другое и так далее.

— Послушай, сестрица Лусы… – голос из-за двери прозвучал невнятно. – Я думала, это Она… я думала, что пришел мой черед, но меня обманули. Тебя хотят убить.