Книга Корпус тайных наук, страница 76 – Саша Мирович

Он вновь поклонился и зашагал к выходу. Александр не мог не заметить: сюртук у Сапельского штатский, а вот выправка и шаг очень даже военные.

Остальные так внимательно его не рассматривали: уже были заняты тем, что устраивались у стены за большим круглым столом. Чашки, кофейник, бисквиты, цукаты и даже какой-то крем, который тут же подвинул к себе Озерцев, – все это только их и дожидалось. Заскрипели стулья, кто-то обо что-то ударился локтем, и наконец вся компания расселась.

— Вислоцкий, а скажи, твой дядя… – осторожно начал Александр.

— Если ты хочешь спросить, он ли Лис, который путешествовал по Балканам и написал об этом книгу, ответ: «Да», – Вислоцкий дружески улыбнулся. – Если о том, правда ли, что он читал об этом лекции в Париже, а потом уехал на Карпаты и чуть не был съеден там упырями, ответ: «Да, но не совсем». Если вопрос о чем-то другом, не задавай его ради всего лучшего на свете. – Его улыбка стала такой острой, что можно было порезаться. Или напороться, как на шпагу.

Повисла пауза. Пока текли секунды, Александр вдруг подумал, что отчего-то в этой компании на редкость тонко начинает чуять чужое настроение и предвестия того, как оно может измениться. Вот и сейчас он мгновенно ощутил, как насторожились его спутники.

— Ты прав, – негромко произнес Александр. – Как раз про Лиса я и хотел спросить. Жаль, не было с собой его книги: попросил бы подписать.

Стоило на этом остановиться, как вернулась общая беззаботность.

— А я бы хотел узнать об упырях, – вклинился Озерцев с жадным интересом. – Это правда? Они существуют и хотели его съесть? Какие они? Отличаются от тех, что в легендах? А вылечить от упыриности можно?

— Ох… – Вислоцкий заметно скривился и спрятал недовольную гримасу в чашке кофе, которую подвинул ему Рощин. – На самом деле это байка. Не было никаких упырей, конечно, да и не бывает их на свете. Был один ополоумевший, но очень сильный карпатский чародей, мастер связей с природой и животными. Он возомнил себя хозяином тех мест, а заодно и всех тамошних тварей. Когда дядя Олек приехал в те края, чародей сперва решил, что он явился отобрать его власть, а потом – что для всяких обрядов непременно нужна кровь врага, то есть дядина, и стал напускать на него одержимых зверей, чтобы эту кровь пустить, а то и начисто выпустить. Вот так и появились рассказы об упырях. Не слушайте эту ерунду. – Он с удовольствием закинул в рот пару маленьких цукатов.

— Что?! Нет! – возмущенно воскликнул Полев. – Ты не можешь на этом остановиться! Немедля рассказывай дальше, нам надо знать, чем это кончилось!

— Вот так и бывает, – с наигранным огорчением вздохнул Вислоцкий. – Всегда-то люди хотят узнать упыриную историю со всеми подробностями… И кто я, чтобы отказать в дурацких сказках достойным соученикам? – Его глаза блеснули непривычным озорством. – Ну слушайте, – понизив голос, Вислоцкий склонился над столом с видом человека, который готовится посвятить окружающих в опасные темные тайны. – Далеко в Валахии, близ старого замка Бран, в одном селении появился чародей и, как говорили, настоящий мастер целительства…

Если честно, Александр не любил слухи и всевозможные байки о магии. Они рисуют неправдоподобные картины, изображают чародеев то невероятными злодеями, на которых никакой управы нет, то столь же невероятными героями, способными в одиночку остановить бурю или спасти королевство, и в целом серьезно вредят взвешенному взгляду на вещи и явления. Мешают понимать, что магия – это наука, а умелые чародеи – просто люди, которые должным образом ее освоили, и из-за этого возникают всевозможные безумные фантазии. Разве не следует их развенчивать и пресекать?