Книга Адмирал Империи – 64, страница 41 – Дмитрий Коровников

— Команда работает. Я тут набросал сводку, — он ткнул пальцем в экран, и я подался вперёд, вглядываясь в строчки. — По восстановлению: внешнюю обшивку залатали на шестьдесят процентов, бортовые поля подняли до тридцати процентов мощности, маневровые двигатели — два из четырёх на ходу. Артиллерийские башни главного калибра в порядке, средний калибр — половина стволов восстановлена. Гиперракет — две единицы, боезапас ещё не подвозили…

— Хорошо. Что с экипажем?

— Набрали пополнение из тех, кто прибыл с караваном, — Жила понизил голос, словно речь шла о чём-то сугубо личном. — Молодёжь в основном, но есть и опытные, из резерва Балтийского флота. Дорохов провёл со своими «морпехами» учения в третьем отсеке, говорит — через пару дней можно ставить в строй. Правда, — он замялся, и я увидел, как напряглась его челюсть, — с офицерским составом беда: потеряли мы троих старших артиллеристов и одного штурмана. Заменяем из младших лейтенантов, но сами понимаете…

Я молча кивнул. Внутри зашевелилась привычная тупая боль — та, что всегда приходит, когда слышишь о потерях. Лейтенант Горохов, штурман, — молодой совсем, только год назад закончил академию, но прокладывал курс с точностью опытного волка. Старпом артиллерийской башни майор Семёнов — седой, ветеран, служил на «Афине» с самого схода линкора со стапелей. И другие. Теперь их нет. Я отогнал эти мысли — потом. Всё потом.

— Аристарх Петрович, не знаешь как можно пробиться к императору, — произнёс я, откинувшись на спинку кресла и закрыв глаза. — Сегодня ночью. Меня обрубили по всем каналам. Идентификатор заблокирован, новые коды доступа в резиденцию не выданы, а у дверей меня встретят с тем же успехом, что и вооружённый десант. Алекс-1, если что, просто оторвёт мне голову, даже не спрашивая пароль.

— Неужели Таисия Константиновна? — удивлённо спросил Жила.

— И Гинце вдогонку. Эти двое, похоже, всерьёз решили, что я опаснее Птолемея Грауса.

Жила помолчал, и я услышал, как он задумчиво постукивает пальцами по подлокотнику.

— Есть способы, — наконец произнёс он. — Но, сами понимаете, риск… Если вас поймают…

— Оставь, — отмахнулся я, — это я так… Не бери в голову.

Я замолчал, и в рубке наступила тишина, нарушаемая лишь гулом систем жизнеобеспечения и далёкой вибрацией двигателей. Мысли текли медленно, тягуче. Я перебирал в уме возможные варианты. Угнать гражданский флаер и сесть на крышу башни? Охрана собьёт ещё на подлёте. Отправить зашифрованное сообщение через старые каналы? Кто гарантирует, что мальчик его прочитает, а не Гинце? Подпоить охрану? Алекс не пьёт…

Размышления прервал Жила. Он внезапно подался вперёд, и я услышал, как его пальцы забегали по сенсорной панели с удвоенной скоростью. Затем наступила секундная пауза, и его голос изменился — стал жёстким и напряжённым, как натянутый канат.

— Александр Иванович. Данные дальнего сканирования с орбиты, с линкора «Паллада».

Я открыл глаза и выпрямился.

— Что там?

— Флагман Хромцовой, как вы знаете, остался на орбите, на ремонте, — заговорил он, не отрываясь от экрана. — Её сканеры более чувствительны, чем наши, наземные. Они зафиксировали гравитационный всплеск. Подпространственный прыжок. Кто-то входит в систему.

— Много? — спросил я, чувствуя, как внутри всё холодеет.