Книга Адмирал Империи – 63, страница 8 – Дмитрий Коровников

— Гранатомёты уже впереди? — уточнил он.

— Да в голове колонны, командующий, — подтвердил Озтюрк.

— Хорошо. Если эта вещь появится — бить залпом. Всеми стволами. Одновременно. С минимальной дистанции. Не одиночными.

— Есть.

Бозкурт двинулся дальше — к эскалаторным шахтам, к верхней палубе, к мостику, где ждала женщина, которой он обещал прийти.

Он шёл и думал не о машине — о русских. О народе, который раз за разом удивлял его способностью находить ответ там, где ответа не существовало. Минное поле из муляжей. Крепость из мёртвых кораблей. А теперь — боевой механизм, который дерётся как демон и которого нельзя убить пулей.

Что дальше? Машины, которые командуют флотами?

Мысль была неприятной. Ясин Бозкурт отложил её — как откладывают чужой клинок, подобранный на поле боя: изучить позже, когда будет время.

Сейчас — мостик. Сейчас — Хромцова.

И тогда направленный заряд, пробивший завал в эскалаторной шахте, ударил по «Палладе» изнутри. Вибрация прошла через переборки, через пол, через подошвы бронированных ботинок. Бозкурт почувствовал её голенями и ускорил шаг…

…Та же вибрация — но жёстче, тоньше, отфильтрованная тремя палубами — прошла через подошвы Хромцовой. Забелин схватился за терминал:

— Шахта — прорыв! Завал пробит!

Агриппина Ивановна уже видела. На левом дисплее красные отметки хлынули из расчищенного устья — десятки, одна за другой, затапливая коридоры верхней палубы. И одновременно на кормовой стороне схемы, неторопливо, с методичностью, от которой холодело в груди, поднимался маркер командующего.

Бозкурт — с одной стороны. Сто двадцать штурмовиков из шахты — с другой. Молот и наковальня.

— Ермолов!

Канал внутренней связи — мгновенно:

— Слышу! — На фоне — лязг и стрельба, совсем рядом. — Шахта пробита! Савченко — к шахте, все кто есть! Тарасов — держи «Б»!

Хромцова наблюдала, как от тонкой зелёной линии обороны отделяется группа — восемь точек — и бросается к площадке эскалатора. Оставшиеся четырнадцать растягиваются по коридору «Б»: тоньше, реже, с просветами, через которые мог бы пройти человек.

Между этими четырнадцатью и Бозкуртом — два поворота и тридцать метров прямого пространства.

А зелёная точка Алекса — у баррикады в коридоре «Б». Ровно там, где через несколько минут окажется Бозкурт.

Хромцова переключилась на его канал:

— Алекс. Ситуация на шахте?

— Критическая, — ответ был мгновенным. — Прогноз удержания — три-четыре минуты. Если шахту не стабилизировать, противник выйдет в тыл обороне мостика.

— А коридор «Б»?

— На коридор «Б» выходит группа с маркером командующего.

Два направления. Один андроид. Одна задача — выбрать, где он нужнее.

— Шахта, — сказала Хромцова. — Иди к шахте. Савченко без тебя не выстоит.

Пауза — четверть секунды. Для робота, обрабатывающего терабайты, — целая вечность.

— Принято. Но, госпожа вице-адмирал, — голос Алекса не изменился ни на полтона, и именно эта ровность делала его слова страшнее крика, — коридор «Б» останется на четырнадцати людях. Против группы, которая идёт целенаправленно к мостику.

— Я знаю, — ответила Хромцова.

Зелёная точка качнулась — и двинулась прочь от коридора «Б», к эскалаторной шахте. Хромцова проводила её взглядом по экрану — последний раз, хотя не знала ещё, что последний — и увидела, как рядом с площадкой эскалатора две зелёных точки перестали двигаться. Потухли.