Книга Эпифания Длинного Солнца, страница 374 – Джин Родман Вулф

Едва Меченос запалил нашедшуюся среди обломков свечу, Шелк увлек Госсана прочь из освещенного ею круга, во мрак коридора.

— В поисках ей прекрасно поможет… по крайней мере, посветит, а больше ничего и не требуется… и мастер Меченос, а нам с тобой есть о чем побеседовать.

— Человек… хор-роший! – заверил Шелка Орев.

— Я нанял тебя, зная, что ты агент рани, поскольку вы, тривигантцы – наши союзники. Уверен, ты вполне сие понимаешь.

— Разумеется, кальд.

— Конечно, ни Вирону, ни мне ты ничем не обязан, но, если хочешь остаться при мне, будь добр, высказывайся откровеннее, чем до сих пор.

— Это только потому, что нас тот старик слышал, кальд. Знаю, ты ему веришь, и, вполне возможно, не зря, однако я – дело другое. Я сверх необходимого стараюсь не доверять никому.

— Понимаю. Ну а они-то… то есть чиновники, которым ты шлешь донесения, тебе доверяют?

На миг в коридоре сделалось тихо. Разглядеть в темноте лицо Госсана Шелку не удалось, однако он чувствовал: проку из этого все равно не вышло бы никакого.

— Не более необходимого, кальд, – наконец отвечал Госсан. – Впрочем, я на них не в обиде. Привык.

— А я – нет. Несомненно, мне тоже нужно к сему привыкнуть, однако подобные привычки даются весьма, весьма нелегко. Ты их обманываешь, отчего и попросил Бивня – и, вне всяких сомнений, не только его – называть тебя Улитом, своим местным именем. По той же причине ты взялся вместе с официантами подавать блюда к ужину. Поскольку хотел продемонстрировать кому-то из находившихся за столом, что сумел проникнуть в мой дом… причем этот кто-то прекрасно знал тебя в лицо. Быть может, я ошибаюсь?

Ответом ему оказалась лишь жутковатая тишина. Орев на плече Шелка каркнул, беспокойно захлопал крыльями.

— Человек этот, разумеется, полагал, будто мне неизвестно, что ты тривигантец…

— Не будем играть словами, кальд. Я – шпион. О чем прекрасно знаю с самого начала, а ты – с тех пор, как увидел меня там, на той лодке посреди озера.

— И как таковой удостоишься награды, не говоря об овациях.

Госсан раскрыл было рот, но Шелк оборвал его:

— Постой, я еще не закончил. Пока ты вез нас сюда, я поразмыслил и о твоем лукавстве, и о должности пилота при мне. И, будь добр, не говори, будто твоя ложь, в сущности, истина, так как осведомлен обо всем только я, а ты непременно сообщишь о моей осведомленности вышестоящим. Сим ты лишь усугубишь ложь.

— Ладно, не стану.

— Тогда я скажу вот что. Можешь сообщить вышестоящим все, что сумел узнать. Именно на это я и рассчитывал с самого начала, а, поскольку действовать на погибель рани не намерен, ущерба Вирону твой шпионаж не нанесет никакого. Однако ты должен оказать мне ту же любезность, что и доктор Журавль, рассказать все, что я хочу знать о твоих деяниях и донесениях. Взамен обязуюсь сохранить твой секрет.

Секунда, другая… казалось, мгновения ползут ползком.

— Хорошо, кальд. Однако я и так всегда был готов рассказать обо всем, что тебе требовалось знать.

— Благодарю. Не столь давно я спрашивал, знает ли генералиссима Сийюф либо генерал Саба тебя в лицо. Ты ответил «нет», и я тебе поверил…

На миг Шелку показалось, будто сквозь мрак коридора кто-то крадется. Осекшись, он вслушался в тишину, однако услышал лишь внезапное хлопанье крыльев Орева, взвившегося в воздух с его плеча.