Книга Эпифания Длинного Солнца, страница 360 – Джин Родман Вулф

— Полковник Бизон также ужинает у кальда, генералиссима. Генералиссимо Оозик изъявил готовность информировать его обо всем лично.

— Прекрасно. В таком случае, капитан, у меня все. Благодарю за донесение, – подытожила майтера Мята, отсалютовав в ответ на его салют. – Смотритель, есть ли среди пытавшихся связаться со мною полковник Бизон?

Лицо капитана вмиг посерело, сделалось резче.

— Да, сударыня.

— Мне нужно немедля поговорить с ним. Он во дворце Кальда.

Смутно вспомнив, как видела Дворец год назад, по пути на жертвоприношение в Великом Мантейоне, майтера Мята невольно вздрогнула: уж очень ставни множества окон, рядами тянувшихся вдоль огромного фасада, напоминали вереницы узких, высоких гробов.

— Минутку, Твое Высокопреосвященство, минутку терпения! – крикнула она, оглянувшись на дверь.

— О сем я осведомлен, сударыня, – ответил смотритель. – Сейчас попрошу кого-либо пригласить его к ближайшему стеклу.

Еще немного, и она увидит его… а он – ее. Усталый взгляд и бескровные губы, отражавшиеся в зеркале, и мокрые волосы, прилипшие к голове, и иссиня-черное от кровоподтеков лицо, и, в довершение всего, струп посреди лба…

— Смотритель?

— Да, сударыня?

— Позволь мне поговорить с любым, кто подойдет к стеклу. В личной беседе с полковником нужды нет.

Поступка труднее ей совершать еще не доводилось: зажмуриться посреди теофании Киприды – и то оказалось легче.

— Слушаюсь, сударыня.

Прошла минута, другая. Наконец серый лик дрогнул, расплылся, преобразившись в лицо человека с тяжелыми, вислыми веками.

— Слушаю тебя, генералиссима Мята, – заговорил он. – Я – Улит, личный пилот кальда. Чем могу служить?

— Она идет с ним сюда, Шелк, – заговорила генерал Саба, если и сохранившая прежнее сходство со свиньей, то скорее с дохлой, чем с разъяренной. – Сюда, на этот самый холм, где мы с тобой ужинаем.

— Колдовство! – объявила Сийюф. – Колдовство это все!

Шелк поднялся на ноги так стремительно, что Орев захлопал крыльями, дабы не потерять равновесия.

— Не согласен, однако сейчас у меня нет времени сие обсуждать. Понимаю, оставлять вас сейчас – верх дурного тона, и все вы имеете полное право прийти в ярость, но все равно ухожу. Ухожу, а своей представительницей назначаю майтеру Мрамор. Искренне, от всего сердца молю о прощении, однако я должен идти.

Последние слова Шелк произнес уже от середины стола. Стоило ему миновать кресло Меченоса, тот упруго вскочил на ноги.

— Один, – специально для него добавил Шелк.

Ничуть не смутившийся, Меченос поспешил за ним следом и с грохотом захлопнул за обоими дверь.

Саба, внезапно вскинувшись, сконфуженно огляделась вокруг.

— Об этом мы еще обязательно поговорим, – прошипела Сийюф, – и ты все мне опишешь подробно. Но не сейчас.

Майор Хадале осушила бокал до дна.

— Этого ужина я не забуду до конца дней. Ну и прием!

— Мне тоже нужно идти, – шепнула майтера Мрамор Синели. – Он ранен, и…

— Генерал Саба, – мягко перебила ее Сийюф, – сообщила мне, что недавно он сломал лодыжку, майтера… Майтера? Так ведь к тебе надлежит обращаться?

— Да, так и есть, – кивнула майтера Мрамор. – Так и есть. С неделю назад. Кажется, в прошлую фэалицу. Упал. Но… но…

— Он хром. Уж это-то я заметила. Он очень спешил, шагал широко, но правой ногой – не так широко, как левой. А старая мечница… мечник… тот тоже хромал, однако на левую ногу.