Книга Эпифания Длинного Солнца, страница 359 – Джин Родман Вулф

Лицо смотрителя преобразилось, обрело цвет, обзавелось округлым подбородком и изящными усиками.

— Генералиссима!

Щелчок каблуками, салют… и майтера Мята едва ли не автоматически отсалютовала в ответ.

— Генералиссимо Оозик приказал доложить тебе о сложившемся здесь положении.

Майтера Мята кивнула. Интересно, что значит это «здесь»?

— В чем же дело?

— В «Спутницах», генералиссима. «Спутницы» разместили у нас караулы, в данный момент стоящие на часах совместно с моими. Я попросил их офицера объясниться с генералиссимо Оозиком, но она отказалась.

Майтера Мята, глубоко вздохнув, от всего сердца пожалела, что в комнате не на что сесть.

— Понятно. Но для начала я, капитан, хотела бы сказать, что искренне рада видеть тебя.

— Польщен, генералиссима. Для меня это высокая честь.

— Благодарю, капитан. И, кстати, весьма сожалею, что ты все еще лишь капитан. Непременно поговорю об этом с генералиссимо. Стало быть, «Спутницы»… верно? Это – название подразделения?

— Так точно, генералиссима.

Из глубин памяти вновь всплыл наверх кипящий чайник в руке советника Потто.

— Прошу извинить меня, капитан: я… несколько отстала от жизни. – (Казалось, отставание затянулось не на одну неделю.) – Мне сообщали, что к городу движется орда из Тривиганта. Если не ошибаюсь, «Спутницы» – это некая ее часть?

— Так точно, генералиссима. Отборный гвардейский полк.

О гвардейских полках майтера Мята прежде не слышала, но отвлекаться для уточнений не стала.

— Что именно ты просил их офицера объяснить генералиссимо Оозику?

— Я требовал объяснений, отчего она со своими штурмовиками берет под охрану наш Хузгадо, охраняемый мною и моими людьми. – (Ах, вот что, выходит, значило его «здесь»!) – Требовал объяснить, кем и с какой целью отдан такой приказ.

— И ответа, насколько я понимаю, не получил.

— Так точно, генералиссима, не получил. Она сообщила лишь, что ей даны указания охранять наш Хузгадо, пока ее не сменят. Не более.

— И генералиссимо Оозик попросил тебя сообщить о сложившемся положении мне. Где он сейчас?

— Во Дворце Кальда, генералиссима. Ужинает с кальдом. Также он сообщил мне, что кальд видел тебя, генералиссима, в стекле, и приказал отвести тебе место за столом. Еще мне приказано, сумев связаться с тобой, передать тебе приглашение присоединиться к ним, если это удобно.

— Мне бы сначала выспаться, – само собой сорвалось с языка.

— Ты совершенно себя не щадишь, генералиссима. Я замечал это и прежде.

— Вполне вероятно. А можешь ли ты сказать, какие приказы получил от генералиссимо Оозика относительно этих тривиганток?

— По его мнению, им известно о какой-то опасности для Хузгадо, генералиссима. Мне приказано не препятствовать. Не допускать трений между своими бойцами и их, либо… – Сделанная капитаном пауза казалась весьма, весьма многозначительной. – Либо свести оные к минимуму. А между делом оценивать ситуацию и, обнаружив что-либо существенное, немедленно докладывать по команде.

— И сообщить обо всем мне.

— Так точно, генералиссима. Что я и делаю.

— А также, надеюсь, полковнику Бизону. Если генералиссимо Оозик не упомянул о полковнике Бизоне, приказываю держать в курсе дел и его. Генералиссимо Оозику передай, что я считаю его позицию благоразумной.

Кто-то настойчиво постучал в дверь.