Книга Литания Длинного Солнца, страница 151 – Джин Родман Вулф

— Здесь платят прилично, вот что меня сюда привело, – буркнула девушка.

— А с этим, считай, уже покончено. Прежних заработков тебе больше не видать. Тот плешивый здоровяк – по имени мне его так и не представили – полагаю, вышибет тебе пару зубов, а Мускус, буде Кровь даст ему волю… Нет, тут я даже от догадок, знаешь ли, предпочту воздержаться. Впрочем, мне он несимпатичен, и, возможно, я слишком к нему пристрастен. Уверен, ты с ним знакома гораздо лучше.

Девушка на кровати негромко, едва уловимо всхлипнула.

— Похоже, ты не из плакс?

Синель отрицательно мотнула головой.

— А вот я, каюсь, слезлив, – с улыбкой пожав плечами, признался Шелк. – Еще один из моих прискорбно многочисленных изъянов. Едва не плачу с тех самых пор, как переступил порог вашего заведения. Даже боль в лодыжке не помогает. Прошу прощения…

Спустив книзу черный чулок, он снял одолженную Журавлем повязку. На ощупь повязка оказалась довольно теплой, однако Шелк хлестнул ею об пол и лишь после этого приладил на место.

— Ну как? Рассказать тебе, что случилось, или расскажешь сама?

— Я тебе ничего рассказывать не собираюсь.

— О-о… Вот насчет этого ты, надеюсь, со временем передумаешь. Вскоре мне будет необходимо узнать от тебя очень и очень многое.

Прервавшись, дабы собраться с мыслями, Шелк поднял взгляд к потолку.

— Что ж, ладно. Сему злополучному дому не дает покоя некий демон, а точнее сказать, демоница. Так мы, по крайней мере до времени, и будем ее называть, хотя я с уверенностью мог бы назвать ее и по имени. Насколько я понимаю, в разное время она вселялась примерно в полдюжины человек. Кстати, все ли они проживают здесь или в их числе есть и гости? О вселениях демоницы в гостей, если таковые имели место, мне не сообщили.

— Нет, гостей не затронуло. Только девушек.

— Понятно. А сама Орхидея одержимости подвергалась? Об этом она не упоминала.

Синель вновь мотнула головой.

— А Дриадель? Дриадель числилась среди жертв демоницы?

Ответа не последовало.

— А Дриадель? – настойчиво переспросил Шелк.

Входная дверь распахнулась, и в комнату заглянул Журавль.

— Вот ты где! Мне сказали, что ты еще здесь, но… Как поживает лодыжка?

— Побаливает изрядно, – посетовал Шелк. – Поначалу одолженная тобой повязка помогала прекрасно, однако…

Журавль, присев на корточки, пощупал повязку.

— Горячая. Все в порядке. Ходишь чересчур много, вот в чем беда! Я кому велел ногу беречь, а?

— Я и берегу, – сухо откликнулся Шелк. – Стараюсь беречь, насколько это возможно.

— Значит, старайся усерднее! Впрочем, об этом разыгравшаяся боль напоминать должна. А с экзорцизмом как? Движется дело?

— Еще не начинал. Сейчас мне предстоит исповедовать Синель: это намного важнее.

Синель, бросив взгляд на Журавля, покачала головой.

— Ей об этом пока неизвестно, но тем не менее исповедь пора начинать, – объявил Шелк.

— Понятно. Что ж, в таком случае оставляю вас наедине. Не смею мешать.

С этим невысокий лекарь удалился, не забыв затворить за собою дверь.

— Ты спрашивал о Дриадели, – негромко проговорила Синель. – Нет, чтоб демоница вселялась в нее, я не слышала.

— Постой. Давай-ка не станем менять предмет разговора так быстро, – возразил Шелк. – Скажи, будь любезна, отчего доктор проявляет к тебе этакий интерес?

— Не проявляет он!..