Книга Солнце и Замок, страница 231 – Джин Родман Вулф

— Нет.

С этим нелюдимая хозяйка захлопнула бы дверь и заперлась на засов, не упрись край створки в тупоносый черный сапог Времени.

— Если сама нас не примешь, то, может, хоть назовешь кого из соседей?

— Нет по соседству тех, кто мне настолько противен, – отрезала нелюдимая баба. – Убери ногу с порога, не то живо пса кликну.

Время с поклоном отступил назад, и дверь звучно захлопнулась перед самым его носом.

Грохот привлек внимание скромного, невысокого человека в желтом плаще до пят, промокшего под дождем нисколько не меньше путников.

— Я слышал ваш разговор, – остановившись, сказал он, – и сам снимаю комнату у довольно приличных хозяев, в паре улиц отсюда. Возможно, они согласятся принять тебя с супругой…

— С дочерью, сын мой.

— Да, разумеется, с дочерью… и с внуком, если у вас найдется, чем заплатить за постой.

Время поблагодарил незнакомца; все трое двинулись следом за ним, прошли из конца в конец залитую водой улицу, свернули в другую, а затем череда переулков привела их к высокому старинному дому, украшенному изрядно источенной гнилью резьбой. Второй этаж его нависал карнизом над первым, третий – над вторым, а причудливые мансарды едва не выглядывали за городскую стену.

Сторговавшись с домовладелицей, Время нанял для девочки с Баррусом комнатку под самой стрехой и такую же комнатку для себя самого. Как только невзрачный незнакомец, указавший им путь к дому, удалился к себе, хозяйка спросила, хорошо ли они его знают.

— Наверняка куда хуже, чем ты.

Время припал на колено у изразцового очага, перешедшего в его собственность если не навсегда, то, по крайней мере, до завтра. За дверцей обнаружились пара полешек и крохотный пучок растопки.

— Ты этой дряни в жизни не разожжешь, – буркнул Баррус.

— Терпение. Со временем разожжем, – отвечал Время.

Сталь огнива скрежетнула о кремень, обдав растопку фонтанчиком летучих искр.

— Понимаешь, – доверительно продолжила домовладелица, выбрав в собеседницы девочку, – мы-то на самом деле не знаем о нем ничего, кроме того, что за комнату он платит исправно.

Время легонько подул на растопку.

— Мне он показался человеком вполне порядочным.

К дымоходу змейкой потянулась тоненькая струйка дыма.

У девочки зуб на зуб не попадал: ее плащ насквозь промок от ворота до подола.

— Как очаг разгорится, – сказала она сыну, – одолжи лучинку, растопи и наш.

— Я не дурачок, матушка, – огрызнулся Баррус.

Домовладелица расхохоталась.

— Может, и не дурачок, но притворяешься дурачком отменно! Гляди, парень, без дерзостей мне тут, не то живо всех троих за порог выставлю, ясно? Так вот, милая, я что собиралась сказать: постоялец наш за комнату платит помесячно. Но бывает, мы не видим его месяцами. Появляется только в тот день, когда срок уплаты подходит.

— В ту самую пору, когда многие исчезают с глаз без следа, – с едкой усмешкой заметил Время.

Домовладелица вновь залилась смехом.

— Еще бы, уж мне ли об этом не знать! И все же нет-нет да задумаешься: куда он исчезает, чем занимается?

В кучке растопки замерцал крохотный огонек. Опаленная им, древесина слегка потемнела, однако пламя тут же съежилось и угасло.

— А ужинает он с вами? – спросил Время, подув и помахав ладонью на покрасневшие угольки.

— Да, бывает и так, – понимающе кивнула домовладелица. – Нынче на ужин баранина, как я уже говорила.