Книга Волны и джунгли, страница 323 – Джин Родман Вулф

— Ничего, если я погляжу, далеко ли еще сумею пробраться, сударь? – негромко окликнул меня ушедший вперед Римандо.

По-моему, я ухитрился кивнуть. Возможно, даже что-то ответил.

И тут…

Казалось, легкий поворот головы раздвинул, разметал кусты в стороны. Слева и справа они росли по-прежнему густо, но посредине расселины, там, где в сезон дождей бурлила вода, мерцал нефритовой бусиной диск Зеленого. Пройдя в его сторону еще пару-другую шагов, Римандо робко раздвинул в стороны колючие ветви, хотя вполне мог бы попросту обойти их, внезапно остановился и, словно не в силах совладать с отвращением, отвернулся.

Я, раз или два приняв чуть левее либо правее, подошел к нему, и он уставился на меня во все глаза.

— Возвращайся немедля в лагерь, – велел я. – Не забудь выставить караулы. Не забывай, что враг самое большее в двух лигах. Подними часть бойцов: пусть охраняют остальных. Не вернусь до ростени, прими командование на себя и командуй, пока жители Бланко не поручат возглавить орду кому-то еще.

Развернувшись, я поднялся по пологому склону чуть выше, остановился и помахал им с Валико, зная, что в ореоле Зеленого за спиной оба разглядят меня наверняка. Тут сверху и донесся крик Орева:

— Шелк? Шелк?! – кричал он совсем как в ту ночь, когда Шелк бросил нас у входа в подземелья.

Я замахал ему, но Ореву не удавалось пробиться ко мне сквозь кустарник, пока я не поднял посох за самый кончик, так что навершие оказалось высоко-высоко над головой. Стоило Ореву устроиться на привычном насесте, я опустил его вниз, к себе, и спросил, отыскал ли он Взморник.

— Найти – нет. Петь – нет.

— Прекрасную однорукую девушку с золотистыми волосами?

— Найти – нет, – уныло прокаркал Орев. – Мокр-р-ро. Др-рянь. Птичка… мокр-р. Плавать – нет.

Очевидно, она вернулась обратно в море, и больше я ее не услышу. Тут бы, наверное, радоваться, но вот поди ж ты – пишу, и на сердце щемит.

Враг разбил лагерь выше по склону, несколько дальше к северу. Остановившись там, где кусты терновника поредели, я сумел как следует, без спешки, рассмотреть лица немногих бодрствовавших. Вскоре среди них обнаружились знакомые – один, другой. С минуту, если не больше, я тщился вспомнить не только лица, но и связанные с оными имена, затем один из караульщиков заметил меня, и я благословил его, начертав в воздухе символ сложения.

Караульный, держа пулевое ружье наготове, подошел ближе – так близко, насколько позволяли кусты.

— Раджан? Это ты, сударь?

— Да, – подтвердил я. – А ты, стало быть, больше не в найме у Хари Мау?

Караульный настороженно кивнул.

— Но он с тобой расплатился? Деньги ты получил сполна? Если нет, я сам при первой же возможности вернусь с тобою в Гаон, и мы их получим.

— Со мной рассчитались полностью, – ответил он.

Тем временем к нам направился еще один из бойцов. Держался он не столь настороженно, однако пулевое ружье с собой прихватить не забыл. Ясное дело, пока я хоть как-либо проявлял страх перед ними, доверия ко мне от них ждать не стоило, и посему я, двинувшись вперед, выбрался из зарослей терновника.

— Помнишь меня, раджан? – спросил подошедший вторым. – Я – Чаку.

Явно гаонское имя, не говоря уж о чалме на гаонский манер, не оставляли сомнений, и я, ответив «конечно», спросил, какими ветрами его, гаонца, занесло сюда.