Онлайн книга «Злая: Детство»
|
— Но почему ты тогда сказала, что на мне заклятие? – настаивает Эльфи. — Ну так то, что я сказала вчера и что скажу сегодня, – это могут быть две совсем разные вещи. В этом и вся суть. Всё меняется. И ты меняешься. — Я тоже, – подхватывает Несса. – И ты тоже. Иногда ты в чёрной юбке, а иногда в той уродской полосатой. — Ты не так меняешься, как твоя сестра, – возражает Буззи. – С ней всё не так просто. Снаружи – зелёная девочка, а внутри… кто знает. Может, она кусочек зелёной луны, упавшей с неба. У тебя вот отнятые руки, – обращается она к Нессе, – которых не видно. А в ней, напротив, что-то добавлено, чего тоже не видно. Я не знаю, что это, потому что и сама не вижу. Но оно есть. Потому она и заклятая. Она – сырая. Это не хорошо и не плохо. Не бойся. Завтра спросишь меня снова – скажу что-нибудь другое, и это будет так же верно. Или так же ложно. Но одно я знаю точно. На мне никаких заклятий нет. Я просто Буззи, какая есть, Буззи до последней капли, и не более того. И ничем большим никогда не стану. Она лезет в карман фартука: — Пока они там не угомонятся и не потребуют завтрак, хотите сливу, чтобы в животе не урчало? Она достаёт кислую скукоженную сливу – ни капли не похожую на тот совершенный плод, что появился утром на сундуке в палатке. Эльфи думает: может, Буззи вечером проходила где-то неподалёку, и услышала, что я говорю, и поменяла камень на сливу, просто ради шутки. Повеселиться. Но когда она возвращается в палатку, заколдованной совершенной сливы там уже нет. Она не помнит, что с ней сделала, после того как Несса попробовала кусочек. Бросила на землю? Вынесла наружу за полог? Она заглядывает в лоханку с водой на вечер. Чёрный камень вернулся. Он неподвижно и обвиняюще лежит под толщей воды – будто никуда и не пропадал, будто не притворялся болотной сливой в это прекрасное безликое утро в краю болот. 17 Суждения няни об этом совершенно невразумительные. — Ветров в воздухе множество, где тут понять, почему семечко падает на землю и пускает корни в одном месте, а не в другом, – говорит она Эльфи. – Твой отец твердит, что Безымянный Бог измерил и исчислил все холмы на свете и заранее определил, где расти какому деревцу. Я не столь крепка в вере. Если кто хитрый проворачивает какое недоброе дельце, может, и правда тут сыграло роль злое заклятие. – Она корчит подопечной рожицу. – Я за словами слежу и не пытаюсь судить, как устроено всё на свете – не то что твой отец. Хвала Лурлине за здравость чувств и разума. Для Эльфи всё это слишком мудрёно. Да, она сообразительна, и к своим годам стала куда разговорчивее своих сверстников – если бы у неё были сверстники в этих болотах. Но ей всего семь или восемь лет. Она загадывает желания на падающие звёзды. В такой степени она ещё доверяет миру. 18 Что касается мыслей и чувств Нессарозы – их не так легко угадать, как у других в миссии. Конечно, Несса не обречена на нерушимое безмолвие, как глухонемые. Но всё же её окутывает непроницаемая пелена некой тайны – и совершенно иным образом, нежели её сестру. Разумеется, у Эльфи есть внутренняя жизнь – которая сделается со временем такой богатой, что хоть отправляй эту девочку в приют для умалишённых. Но при этом её легко прочесть со стороны. Она не умеет прятать свои мысли: всё, что творится в её душе, мгновенно проступает во взгляде, в мимике, в движениях – в том, как она идёт, топает, толкается, удирает. Но в Нессе очевидны лишь внешние дефекты, а её собственная нессарозовая сущность обладает гладкостью фарфора. Идеальная поверхность без малейшей зацепки. |