Книга Сын, о котором ты не знал, страница 32 – Ева Шах

Низкий.

Тягучий.

Слишком свободный для деловой встречи.

Я замерла.

Потом, сама не понимая зачем, сделала шаг ближе.

И увидела её.

Высокая брюнетка в красном пиджаке сидела напротив его стола, закинув ногу на ногу. Слишком близко. Слишком расслабленно. Слишком уверенно для просто партнёра по бизнесу. Она смеялась над чем-то, что сказал Артём. А он…

А он улыбался.

Не так, как мне.

И всё же достаточно, чтобы у меня внутри похолодело.

На столе стояли две чашки кофе.

Его галстук был чуть расслаблен.

И в этой картинке не было ничего прямо обвинительного.

Ничего такого, за что можно было бы сразу казнить.

Но женщины чувствуют не факт.

Они чувствуют смещение тепла.

Я толкнула дверь.

Он поднял голову.

И в эту секунду я увидела всё.

Растерянность.

Раздражение.

Вину?

Не знаю.

Но точно не спокойную радость мужа, увидевшего жену.

— Ева? — сказал он слишком быстро.

Брюнетка медленно повернулась ко мне, окинула взглядом с головы до ног и улыбнулась уголком губ. Красиво. Ядовито.

— О, это и есть твоя жена?

У меня внутри всё оборвалось.

И я ещё не знала, что именно с этого взгляда, с этого смеха и с этой женщины в красном начнётся дорога к нашему разводу.

Я не помню, как вошла в кабинет до конца.

Помню только, что рука, державшая коробку с эклерами, вдруг стала ледяной. Пальцы ослабли. Картонная крышка чуть съехала, и сладкий запах ванили вдруг показался тошнотворным.

Артём уже поднялся из-за стола.

— Ева, подожди…

Подожди?

Вот так?

После того, как какая-то женщина в его кабинете смотрит на меня, как на неловкую ошибку интерьера?

Я перевела взгляд на неё.

Брюнетка была красивая той дорогой, выточенной красотой, которая никогда не бывает случайной. Идеальные волосы, идеальный макияж, идеально сидящий костюм. Красный пиджак очерчивал тонкую талию, юбка открывала безупречные ноги. На губах — ленивая улыбка женщины, которая привыкла заходить на чужую территорию без стука и без стыда.

— Простите, — сказала она с таким тоном, что слово звучало как насмешка. — Я, кажется, помешала семейной сцене?

Я медленно поставила коробку на край стола.

Очень аккуратно.

Потому что если бы не сделала этого, швырнула бы в неё эклерами прямо в лицо.

— Это кто? — спросила я, не сводя глаз с Артёма.

Он провёл ладонью по затылку.

Жест, который я слишком хорошо знала. Так он делал, когда понимал: сейчас будет очень тяжело.

— Это Инесса Малиновская. Мы обсуждали аренду по новым площадям.

— Обсуждали? — тихо переспросила я.

— Да.

Инесса откинулась на спинку кресла.

— Не смотрите на меня так, Ева… простите, не знаю вашего отчества. Я всего лишь партнёр вашего мужа по бизнесу.

— И часто вы так смеётесь на деловых встречах? — спросила я, сама удивляясь тому, как спокойно звучит мой голос.

Артём резко повернулся к ней:

— Инесса, достаточно.

— А что такого? — она пожала плечом. — Женщина пришла, увидела, сделала выводы. Это же не моя вина, что я эффектно выгляжу в вашем кабинете.

Я почувствовала, как по спине поднимается жар.

Не ревность даже.

Унижение.

Острое, липкое, горькое.

— Артём, — я перевела взгляд на мужа, — можно тебя на минуту?

Инесса хмыкнула.

— О, конечно, идите. Я пока подожду. В конце концов, семья — это святое.

Каждое её слово было пропитано ядом.

И хуже всего было то, что Артём не поставил её на место сразу. Не жёстко. Не окончательно. Не так, как поставил бы любого другого.