Книга Неподходящая, страница 93 – Юлия Резник

— Спасибо за поддержку, родной, – фыркаю я.

— Всегда рад!

Они уходят, приплясывая. Смеются. Спорят. Ками убеждает дядю, что зефир лучше полить вареньем, Имам уверена, что варенье надо просто есть ложкой. А я смотрю им вслед и понимаю, что это и есть счастье. Настоящее. Простое. Наполненное голосами, дымом от мангала, детским смехом и шутками тех, кто рядом. Это – наш дом. Наша семья. Наша жизнь. И я бы ни за что её не променяла.

— Надо их разогнать и лечь пораньше. У меня завтра встреча с Котельниковым, помнишь? – мурчу я.

— Когда я тебя уже в декрет выгоню?! – возмущается Адам.

— Никогда? Я слишком незаменимый кадр.

Это правда так. Хотя формально у меня нет каких-то серьезных должностей. Я никого не подвинула. Просто когда у вас с мужем общие интересы и на работе – ты неизбежно в нее вовлекаешься сильнее остальных. Ну и чтобы из-за постоянных декретов не потерять профессиональную хватку. Пока я неплохо справляюсь. Но это потому, что у меня куча помощников – бабушки, няни, тети…

— Перед родами возьмешь пару недель.

Тон Адама становится безапелляционным, и я, естественно, соглашаюсь.

— Как скажешь.

Мы снова обнимаемся, когда к нам несмело подходит мама.

— Я попрощаться. Будем ехать. У отца какие-то дела возникли.

— Пойду, провожу, – бормочу я, опуская ноги в траву, и шарю по ней, чтобы нащупать тапки. В этот момент Адама подзывает отец, он наспех прощается и отходит. А я иду провожать своих родителей. Мама зудит на ухо:

— Лейла, ну ты бы хоть прихорошилась! Где это видано? Штаны… Какая-то майка. У тебя муж вон какой, а ты? Я понимаю, беременная, но одеться нормально можно?

Даже спорить с ней не хочу. Просто радуюсь тому, что мне не нужно всю жизнь быть на стреме, как ей. Во-первых, потому что я уверена в своем мужчине. А во-вторых, потому что знаю себе цену. Даже в майке и потрепанных шортах. Да и, в конце концов, для мужа у меня заготовлены другие… хкм… костюмы.

Вслед за моими родителями разъезжаются и другие гости. За что им большое спасибо – так это за то, что после них всегда остается порядок. Наши с Адамом матери всегда помогают прибраться, перед тем как уехать. Так они меня берегут.

Пока Адам купает девочек и их укладывает, я привожу в порядок себя. Из-за беременности у меня на это уходит больше времени, чем обычно.

Принимаю душ, облачаюсь в красивую кружевную сорочку, которую распирает тяжелая грудь. Она такая болезненная и чувствительная… Касаюсь кружевной окантовки. Веду пальцами по голубоватым венам, как вижу затаившегося у двери мужа.

— Продолжай.

— Нет, лучше ты.

Он приближается, я в предвкушении дрожу. Наши взгляды встречаются в зеркале… Между ног горит. Я сочусь так, что пачкаются бедра.

Адам прижимается ко мне со спины. Я чувствую его тугую плоть и тут же его пальцы…

— Ого, – восхищается он, осознав, насколько же я готова. Щеки окрашивает румянец. Мне до сих пор неловко. Хотя чего уже только между нами не было за эти годы!

— Пойдем.

Адам мягко увлекает меня за собой в нашу спальню. Усаживает на край матраса. Черт… Я знаю, что он задумал. Он любит это… Хотя я знаю, что для наших мужчин это что-то вроде табу.

Откидываюсь на локти… Да. Он делает это. Нежно, чувственно, а потом все более настойчиво и ритмично. Его рот везде… Он везде. Он вся моя жизнь… Он тот, кто стал моим мужем, отцом для моих детей. Он тот, кто принял мою дочь как родную и заплакал, когда она его впервые назвала папой… А еще он потрясающе внимательный любовник. И это… просто отличный бонус.