Книга Неподходящая, страница 88 – Юлия Резник

— Это что такое? – сверкает глазами.

— Да так, ничего…

— Точно? И, надо полагать, это никак не объясняет того, что с самого утра ты светишься так, что по тебе можно ориентироваться находящимся в море судам?

— Перестань! Ты же и так догадалась, – лепечу я.

— И что? Я хочу подробностей! – давит на меня Васька. – Сейчас же. Или я умру. Умру в страшных мучениях. Прямо на твоих глазах.

— Ну, ты хотя бы дождись, пока я допью свой латте. Не порти мне аппетит.

— Это же помолвочное кольцо! Кольцо, Лейла. И оно охренительное.

Я улыбаюсь. Это, пожалуй, всё, что ей нужно – потому что дальше она начинает верещать. Причём так, что Вадик удивленно отрывается от своих бумажек, в которые зарылся с головой с самого прихода.

— Он сделал предложение?! Когда?! Как?! Где?! Ты согласилась?! Конечно, согласилась! Что за глупый вопрос! Покажи мне его еще раз. Я хочу разглядеть во всех подробностях…

Я шикаю на нее и смеюсь – звонко, безудержно. Этот смех рождается где-то в солнечном сплетении и распространяется по телу тёплыми волнами. Господи, я смеюсь. После того как думала, что навсегда разучилась смеяться.

И тут как гром среди ясного неба голос:

— Что у вас происходит?

Адам. Откуда он взялся? Как давно наблюдает за нами? И как отреагирует на то, что Васька обо всем догадалась? Вряд ли он планировал скрывать нашу помолвку, но страх, что это сон, что все не взаправду, медленно стирает с лица улыбку. Смотрю на него, и сердце сжимается. Интересно, я когда-нибудь поверю, что этот шикарный мужчина мой?

— Да вот, Адам Вахидыч… Нашей Лейле, похоже, сделали предложение! – заявляет Васька, и в глазах ее пляшут черти. Я со всей дури толкаю ее ногой под столом, но, конечно, уже поздно. К нашему столу привлечено внимание всех находящихся в кабинете коллег.

— Вот как? – Адам важно подходит ближе. Прямо… совсем близко, мамочки. Забирает мою руку из Васькиных рук, смотрит на кольцо.

— Интересно. Твой жених – настоящий счастливчик, – усмехается он, а потом – на глазах у всех! – целует тот самый палец. И, потрепав меня по волосам, вразвалочку идет дальше.

Немая сцена… Оглушительное молчание, а дальше… Васька визжит. И начинается натурально какой-то бедлам. Это ужасно! Нет, это прекрасно, блин… Это вообще едва ли не лучший момент в моей жизни, если не считать рождения дочери. Мне хочется смеяться, но почему-то кажется – не смогу. Внутри все стянуто в такие узлы, что так просто меня не отпустит.

Вадик откашливается.

— Так вы что, типа, с шефом?

— Они женятся, идиот! – фыркает Василиса, тыча и ему под нос мою многострадальную руку.

— Не знал, что вы встречались.

— Они и не встречались. У них это не так работает. Влюбился – женись. А не жди с моря погоды. Скажи же, Лей? Это только наши мужики кота за хвост могут тянуть годами.

То, с какой незамутненностью Васька меняет мнение относительно наших традиций, достойно всяческого восхищения. Я откидываю голову и заливаюсь хохотом.

— У тебя телефон звонит. Ответь, – улыбается Мария Георгиевна.

Я киваю и, все еще тихонько посмеиваясь, бросаю взгляд на экран. Мое лицо изумленно вытягивается.

— Да, мама…

— Лейла! Ну что ты за беда?! Почему не сказала, что Байсаровы придут свататься?! Как мне теперь прикажешь их встретить? Я же ничего не успеваю. А наряды?! Ты хотя бы о них подумала?