Книга Супружеская бизность, страница 45 – Любовь Перуница

А я останусь здесь. С четырьмя детьми, с висящим над головой дамокловым мечом опеки и с этим леденящим чувством, что наш «спасительный» семейный план рухнул, не успев начаться. Одни лишь пустые слова.

И теперь, среди гомона салона, это чувство вымораживает меня изнутри. Оно гудит в ушах, заглушая звонки, жужжание аппаратов и смех клиенток.

Он улетает с ней. А ты остаешься.

И никакие его заверения не убеждают в обратном.

И тут же, как назло, в память врывается другое. Светлый и теплый кабинет Марка. Вкусный чай с бергамотом. Его спокойный голос: «Вы достойны жить по зову сердца». Его прикосновение к рукам. Кружащая голову смесь принятия и чего-то запретного.

Сейчас, в ярком свете кабинета, среди атмосферы своего успешного дела, это кажется бредом. Игрой на моей уязвимости. Опасной игрой.

Но почему же тогда, когда я закрываю глаза, мне так иррационально хочется снова оказаться там? Чтобы кто-то снова посмотрел на меня не как на провалившуюся мать или деловую партнершу, а просто как на женщину. Чтобы сказал: «Ты не одна. Ты заслуживаешь заботы».

— Элина Георгиевна, с вами всё в порядке? Вы очень грустны…

Я вздрагиваю. Передо мной снова Маша, с папкой в руках. В её взгляде — неподдельная тревога.

— Всё хорошо, Маш. Просто устала. Что там?

— Отчёт по квартальной выручке. И клиентка просит лично вас. Напомню, это Свиридова Ольга Семёновна, у неё сложный случай с вросшей ногтевой пластиной, она доверяет только вам.

Я делаю глубокий вдох. Выдыхаю. Собираю себя по кусочкам. Прячу дрожь в руках в карманы своего пиджака. Натыкаюсь на кусочек гладкого картона.

— Приготовь мне рабочий стол и зайди принять Егора. Я подойду через пять минут.

Пока иду к рабочему столику, ловлю в огромном зеркале своё отражение: идеальный каре, безупречный макияж, дорогой костюм. Железная леди. Владелица бизнеса. А хочется, чтобы как в аффирмации на зеркале: «Стань для себя самой нежной заботой».

И никто не видит, что внутри этой леди — пустота и паника. Что её муж через день улетит в другой город с молодой дизайнершей. Что её семья висит на волоске. И что единственное тёплое, неосуждающее место, которое она сейчас может представить, — это кабинет мужчины, чьи профессиональные границы стираются.

Нет. Я не пойду к Марку. Нельзя. Это ловушка. Я должна держаться здесь. За свой салон. За детей. Всё остальное — предательство. Слабость.

Но когда я выхожу с инструментами к клиентке, на задворках сознания в мессенджер приходит сообщение. И в воображении я уже набираю сообщение с просьбой о встрече. Просто чтобы услышать голос, который говорит, что я достойна большего.

За ужином — затишье перед бурей. Вилки звонко стучат о тарелки. Алиса ковыряется в картошке. Полина, уткнувшись в телефон под столом, делает вид, что её здесь нет. Артём что-то строит из горошин. Элина сидит напротив меня, и от неё волнами исходит бешенство. Вижу, как она старается не смотреть на меня, пока нарезает котлету для Егора с такой силой и остервенением, словно потрошит курицу. Ну, или меня. Уж не знаю, что у неё сейчас на уме, но явно ничего доброго в мой адрес.

Я понимаю, почему она злится. Из-за командировки. По мнению жены, я убегаю. Элина прямо так не сказала, но я всё читаю по сжатым в линию губам, взгляду с укором, крепко сжатых кулаках. Я пробовал говорить с ней утром, но вместо компромисса и логичного решения получил истерику. Теперь вот терплю бойкот.