Книга Пятая зона пульса, страница 41 – Юля Артеева

..: Пожалуйста, разблокируй меня, Леш. Прошу. Хочу хотя бы дружить. Общаться. Да пусть даже просто ставить лайки на фотки с твоей новой девушкой, если она будет. ПОЖАЛУЙСТА. Я исправилась. Никаких ставок, никакого алкоголя уже три месяца. Ты гордишься мной?

Телефон кажется мне бомбой замедленного действия. Вот-вот рванет и разнесет меня к чертям собачьим. Так что я кладу смартфон на кровать экраном вниз и подальше от себя. А потом ногой отталкиваю к краю так, чтобы он свалился на пол.

Переворачиваюсь на другой бок и накрываю глаза ладонью. А ведь все так хорошо шло… Но Яна решила вынырнуть из вязкой глубины нашего общего прошлого.

Глубоко дышу, методично перебирая в голове все установки, которые помогли мне уйти и выжить. В очередной раз признаю собственное бессилие перед чужим выбором. А потом концентрируюсь на себе.

Через какое-то время неохотно слезаю с кровати и тащусь туда, куда уронил смартфон. Когда тапаю по экрану, вижу два сообщения от разных девушек. Я знаю, кому мне хочется ответить больше, и как будет правильнее, но… в жизни иногда так сложно поступать верно.

Именно поэтому я игнорирую обеих. Просто выключаю телефон, достаю рецептурные таблетки, которые остались у меня с тех пор, как я проходил терапию и даже несколько раз наведался к психиатру. Принимаю сразу две: мне нужно уснуть, причем как можно скорее. Завтра все будет проще, я точно это знаю, а сейчас мне необходимо просто не наделать глупостей.

Через какое-то время, уже сквозь дрему, я чувствую, как на кровать забирается Толик. Вытягивается рядом, привалившись спиной к моему боку и сладко вздыхает. Мне становится смешно, но рассмеяться я не успеваю, проваливаюсь в яму.

Проблема этих препаратов в том, что в сон они забирают быстро, но часто приводят с собой кошмары.

Я вижу нашу с Яной квартиру. Там все так же, как я и запомнил в последний раз. Матрас на полу, застеленный веселеньким пушистым пледом. Большой разлапистый цветок в напольном горшке, который был тут до нас. И повсюду маленькие огоньки, задорные гирлянды, наивная попытка создать уют в комнате, где краска отходит от стен хлопьями.

Я здесь быть не хочу, потому что это место сожрало меня подчистую. Я здесь прошел такой хреновый путь от счастья к полному уничтожению собственной личности, что мне противно просто видеть все это снова.

Хочу сбежать, но ноги неподъемные, я едва могу их переставлять. Пространство расширяется, вытягивается, а дверь становится все дальше. Я помню, как уходил чуть больше года назад, тогда шаги давались мне гораздо проще физически. А вот ужас я испытывал похожий.

Точно знаю — нужно сделать это, пока она не вернулась. Пока не начала уговаривать, плакать, клясться. Пока не прижалась крепко стройным телом, не скользнула рукой в штаны. Пока не выманила наружу всех моих чертей. Пока не случилось дикого секса на этом проклятом матрасе.

А завтра все по-новой. Все та же круговерть стагнации, морального разложения, эмоциональных качелей до блевоты и ненависти.

Спасает меня Анатолий. Почему-то проснувшись, он принимается вылизывать мое лицо так тщательно, что мне приходится обтереть его слюни одеялом.

— Толик… — еле ворочаю непослушным языком. — Скотина такая… иди сюда, поцелую.

Подтянув пса к себе, тычусь носом в его морду и снова вырубаюсь, но на этот раз — без сновидений.