Книга Пятая зона пульса, страница 44 – Юля Артеева

— Леха? — раздается удивленный возглас совсем рядом.

Голос, конечно, узнаю сразу и поэтому очень стараюсь выглядеть не как обоссавшийся котенок, когда поворачиваюсь к другу. И вот он: Артем Власов. Высокий, широкий, абсолютно бесхитростный и всегда позитивный в жизни, а на льду — отбитый агрессивный медведь.

— Че не сказал, что приедешь? — басит, игнорируя мою руку, которую пытаюсь протянуть для рукопожатия, потому что сгребает меня в объятия.

— Думал, ты уже уедешь, — бормочу куда-то в его стальной бицепс.

Темыч отпускает меня и говорит:

— Охренел? — Потом, избавляя меня от необходимости отвечать, накрывает: — Че сказали? Восстановят?

— Пока непонятно. Вроде да.

Власов снова раскидывает руки, но я отшатываюсь назад и кричу:

— Нет! Не-е-е-ет! Темча, твои объятия хуже любого болевого!

Секунду он смотрит на меня исподлобья молча, застыв в той же позе, а потом громогласно смеется. Потянувшись, умудряется хлопнуть меня по спине.

Произносит самодовольно:

— Стараюсь. Пойдем посидим где-нибудь.

— Тебе не надо на треню?

— Травма, — пожимает он плечами. — Сегодня свободен.

Травма… А я даже не знал. Мне не свойственно краснеть, но если бы мог — я бы обязательно это сделал. Молодец, Леша, просрал все, что только можно было. Окончательно.

Я киваю:

— Погнали. По солянке?

— А то.

Широкой ладонью Тема подталкивает меня в спину в сторону выхода. Я улыбаюсь искренне. Сам по габаритам не маленький, но рядом с Власовым почему-то всегда есть ощущение, что он просто исполинских размеров.

Пока спускаемся по широким ступеням, я снова утыкаюсь в телефон.

Леша: И то, и другое

Леша: Покажу мозоли, когда увидимся

Леша: Когда, кстати? Сегодня? Завтра?

Ника: Сначала подлечи свои ладони, Погодин

Я ухмыляюсь, и Артем вдруг ощутимо хлопает меня по плечу. Поднимаю на него взгляд и вижу то, от чего мне снова становится стыдно: выражение искреннего беспокойства.

— Кто это? — спрашивает. — Яна?

— Нет.

— А кто?

— Меньше знаешь, крепче спишь. Слышал о таком? — пытаюсь отшутиться.

— Тот, кто это придумал, не пытался дружить с тобой.

Я останавливаюсь, и друг делает то же самое. Смотрим друг на друга прямо, никаких поблажек, только чистейшая искренность. Он отпустил меня, когда я уехал с Яной в Питер, он видел, в каком я состоянии, но терпеливо ждал, когда мой разум проклюнется хоть на секунду. А потом купил мне билет, заказал такси и даже снарядил какого-то своего знакомого хоккеиста, чтобы тот посадил меня на поезд. Страшно вспоминать, каким беспомощным я был в тот момент.

И я наконец открываю рот, чтобы произнести:

— Это не Яна. Ты же знаешь, я не видел ее год, хотя вчера она мне писала с незнакомого телефона.

— Значит, смени номер.

— Я добавил в блок, — невесело усмехаюсь. — Даже в банковском приложении.

— Твой черный список станет бесконечным, пока она покупает новые симки.

— Тем… — выдыхаю устало.

Друг сжимает мое плечо и произносит успокаивающе:

— Порядок, Лех. Пойдем по супчику бахнем.

Но уже через сорок минут, когда мы сидим в знакомом рестике, где прогуляли значительное количество пар, все-таки не выдерживает.

Поднимает на меня цепкий взгляд и просит:

— Расскажи про девушку. С кем переписываешься?

— Проверяешь? — интересуюсь тихо.

Темыч качает головой и отводит взгляд в сторону. Вертит в руках бутылку минералки и наконец сдается: