Книга Глядящие в вечность: Против лома нет вампира. Не сотвори себе вампира. Клыкастые страсти, страница 529 – Галина Гончарова

— Мы Бога любим. И людей. И молимся за них.

— Когда любят всех, значит, не любят никого, – отрезала я. – А от ваших молитв никому не жарко и не холодно. Лучше бы вы детским домам помогали и домам престарелых. С любовью…

— Мы помогаем… – заикнулся было поп, но тут же осекся под моим взглядом.

— Не вижу! Новые церкви – вижу! И у нас в городе, и по стране! Новые епархии, храмы, молельни, источники… дохода! Что угодно вижу. А вот пользы от вас – нет. И помощи обычным людям – тоже.

— Вы заблуждаетесь…

— А вы врете, – припечатала я. – У вас все это в ауре прописано. Думаете, незаметно? А еще вы чревоугодник. И из-за вас кто-то расстался с жизнью. Вы знаете, что одна ваша подлость кому-то стоила жизни. И поэтому у вас на ауре обгорелое пятно.

Поп отшатнулся и побледнел. Но нашел в себе силы коекак промямлить:

— Мы пришли, Юлия Евгеньевна. Проходите в зал.

— Последний вопрос, – встряхнулась я – нарочито громко, чтобы жиртрест понервничал и не юлил. Пусть дергается: у людей лекция, им лапшу на уши вешают, а я под дверью ору. – Когда стало известно о приезде проповедника и об этой лекции? Месте и времени?

— Позавчера.

Поп ответил сразу, как я и рассчитывала. И прокололся. Как говорили древние, «мудрому достаточно». Я вскипела еще сильнее. Ну, Рокин! Ну, погоди!.. Па-па-пам!

Я не волк, но уши оборву и зубы выбью! Ведь знал, все знал заранее – и пригласил именно в это время. В расчете на то, что я хоть кусочком уха, но попаду на лекцию. Рожа козлиная! Урою урода. То есть, простите за тавтологию, укопаю! И никто меня не удержит! Хотели, чтобы я послушала проповедника?! О, я послушаю! И он послушает. Немало нового и интересного о себе и о людях.

Я решительно обогнула попа и вошла внутрь. Стандартный актовый зал – что еще скажешь. Только дофига церковной атрибутики и все очень аккуратно. По стенам картины на религиозные темы – у студентов все святые давно бы обзавелись рогами и усами, в лучшем случае. Кое-где – иконы. Кафедра типа той, с которой любит вещать наш ректор. Недешевенькая, кстати. У нас попроще, а уж сколько наш ректор выбивает на ассигнования из администрации… Хотя я к нему несправедлива! У бедняги жена, любовница, пара особняков и целый парк авто. Содержать это все – никаких денег не хватит, вот потому у нас в институте и обстановка пожиже. Кресла тоже роскошные. Я прошла подальше в зал и уселась в то, которое поближе к сцене. Попы морщились от стука высоких каблуков, но мне было плевать. Типчик за кафедрой чего-то нудил, а я вертелась во все стороны, пытаясь высмотреть Рокина. Ага, фиг мне! Попов тут было не меньше сотни. А кто в штатском – все в черно-белом. Освещение было приглушено, и высмотреть знакомое лицо не получалось. Всё сливалось: черные костюмы, черные рясы, белые щекастые и тощие морды… Жесть!

Придется слушать лекцию. Вот только… Я достала телефон и дозвонилась Глебу.

— Алло, это Юля.

— Юля? Что случилось?

В голосе оборотня была искренняя тревога. Волнуется за охраняемый объект.

— Меня тут затащили на лекцию, – голос я даже и не подумала понижать. Если Рокин услышит – тем лучше. – Ты не волнуйся, тут не опасно, если и сдохну, то только со скуки. Но просидеть некоторое время придется. Я буду тебе отзваниваться.

— Жду через пятнадцать минут. Если не позвонишь – звоню сам.