Книга Глядящие в вечность: Против лома нет вампира. Не сотвори себе вампира. Клыкастые страсти, страница 526 – Галина Гончарова

— Валь, у нас фотографии с места происшествия есть? Покажи Кларе, пусть посмотрит. Авось кого опознает.

Что Валентин и сделал. Клара брезгливо переворачивала фотографии. И опять я ничего не понимала. Ее аура полыхала вспышками красного и желтого, а лицо было спокойным, даже чуть скучающим. Красный и желтый – сильные чувства. Так какой смысл показывать, что ты их не испытываешь?

— Есть тут пара вампиров. Вот этот – советник Ивана, Николай. Вот этот – тоже какой-то сильный вампир, его зовут Виктор. Третий – мелкая сошка. Оборотней здесь нету.

Я кивнула. Валентин подписал фотографии с названными вампирами и отдал мне.

— А мне-то зачем?

— Может, попробуешь погадать по фотографии? Я аж ошалела от такого предложения.

— Валь, я тебе что, экстрасекс на полставки? Я по фотографиям ничего не скажу. Не сумею. Не мое поле действий.

— Но ты учишься и совершенствуешься. Кто знает…

Я чуть не взвыла. Да я! Я и так знаю, что ни черта не знаю. Все мои способности, вот все, проявляются только в экстремальных ситуациях. И надеяться что-то решить с моей помощью может только особенно неудачливый самоубийца-мазохист, потому что есть куда больше способов покончить с собой намного приятнее и легче.

Аура Клары полыхала багровыми огнями. Странно. Ничего не понимаю. Лицо спокойное, даже скучающее. Хоть поволновалась бы для приличия, да и остальные тоже…

Что я и сказала. Всем и сразу. Мохнатые нахалы даже и не подумали смутиться.

— Юля, после общения с Андрэ нас мало что может напугать, – честно предупредил Валентин. – Клара, я полагаю, тоже насмотрелась в Туле, – кивок и яркая вспышка красного, розового и оранжевого в ауре лисицы, – а твой брат до сих пор думает, что в сказку попал. И размолвка с дедом его беспокоит намного больше всего остального.

— Старый мерзавец, – буркнул Славка.

Я было зашипела, но слов не понадобилось – Валентин шагнул к нему и одним ударом смел на пол.

— Юлия Евгеньевна Леоверенская – фамилиар нашего Князя. Константин Савельевич – ее дед и личный знакомый Князя. Поэтому фильтруй базар, сопляк!

Последние три слова вышли низким, почти инфразвуковым рычанием. Я довольно улыбнулась, а вот Клава выпрямилась и дернулась к Валентину.

— А он – ее брат!

— Он сам ушел. Иуды мне не братья, по ним осинка плачет, – пояснила я.

Буровато-красные вспышки какой-то дурной ярости в ауре лисицы.

— Вы могли бы помирить его с дедом, гос-с-спожа!

Вот так шипение! Не будь она лисицей, я бы сказала, что она кобра.

— У меня и без того дел хватает, – отмахнулась я. – Вот годика через три, когда дед чуть поостынет… Что еще ты можешь сказать про убитых вампиров?

— Да ничего особенного. Не самые сильные, но и не слабые. Николай – самый сильный, Виктор – его друг, третьего почти не знаю.

— А как Иван к ним относился?

Я спрашивала уже без особой надежды. Так и вышло.

— Что может знать пади?

Я поглядела на Валентина. Но оборотень покачал головой – мол, не врет. А аура так и полыхает. Ничего не понимаю. Ой, кажется, я повторяюсь, но ведь правда не понимаю!

— А с кем они дружили? Больше всего?

— Вампиры – дружили?! Так не бывает!

— Бывает. Борис и Вадим – друзья.

— Неправда, – Клара говорила как первый апостол христианства. Убежденность в ее голосе можно было развешивать килограммами. – Если вампиры не убивают друг друга, то только из-за запрета Совета.