Книга Халазия, или на Земле тоже можно жить, страница 78 – Tommy Glub

Но вдруг…

За валунами раздаётся негромкий голос. Мужской. Затем ещё один.

Я замираю, вслушиваюсь. Не могу разобрать слов, но их ритм, интонации — они кажутся странно знакомыми. Сердце на мгновение сжимается. Арон и Керн? Они тоже здесь?

Я моргаю, чувствуя, как реальность медленно возвращается. Они совсем рядом. Может быть, даже ближе, чем мне кажется.

Но…

Мне нужно ещё пару минут. Я сейчас не готова встретиться снова с ними. А ещё я голая. И это вроде бы не очень прилично…

Хочется остаться здесь, в этой воде, под этим небом. Позволить ночи стереть прошлую боль и страх.

Всё успеется.

— Лия? — тихий голос Зои выводит меня из мыслей.

Я поворачиваюсь к ней, и вижу, как она протягивает мне полотенце.

— Давай, вытирайся. Долго в воде нельзя, можно заболеть, — говорит она заботливо, с лёгкой улыбкой.

Я глубоко вздыхаю и медленно выхожу из воды, позволяя прохладному воздуху вновь окутать мою кожу.

Выходя из воды, я тут же ощущаю, как ночной воздух обжигает холодом мокрую кожу. Резкий контраст с недавним теплом воды заставляет меня вздрогнуть, по телу пробегает дрожь. Полотенце мягко касается плеч, впитывая влагу, окутывая меня лёгким, но таким нужным теплом. Я быстро начинаю вытираться, а Зои терпеливо ждёт рядом, наблюдая с лёгкой улыбкой.

Затем она протягивает мне новый комбинезон.

Я провожу пальцами по ткани — гладкая, плотная, приятная на ощупь. Но не такая тёплая, как все комбинезоны до сих пор. Стоит натянуть его на себя, как он сразу же начинает согревать, будто впитывает остатки холода и прогоняет его. Комбинезон сидит плотно, удобно, словно сшит специально для меня.

— Идёт тебе, — говорит Зои, тепло улыбаясь. В её голосе нет ничего лишнего, только доброжелательность и лёгкое одобрение.

Я киваю, не зная, что сказать, а она тем временем осторожно берёт прядь моих волос, скользнувшую на плечо.

— Сейчас распутаю их, а потом пойдём обратно, — продолжает она. — Дадим мужчинам немного времени переговорить между собой.

Я беспрекословно сажусь на плоский, чуть тёплый от дневного солнца, камень и закрываю глаза.

Зои начинает перебирать мои мокрые пряди. Её пальцы двигаются аккуратно, мягко, без единого рывка. Это неожиданно приятно, даже умиротворяюще — тепло её рук, лёгкие движения, мерное дыхание рядом.

Я расслабляюсь.

Сонливость накатывает с новой силой, тяжёлая, всепоглощающая.

Пусть я и поспала в машине, пусть было тепло… но как давно я действительно отдыхала?

Как давно я засыпала без тревожных мыслей, без напряжения в плечах, без страха, сжимающего грудь?

Да точно.

Примерно… Никогда?

В лагерь мы возвращаемся неспешно, шаг за шагом, впитывая тишину. Конечно, вдалеке слышен привычный гул голосов, потрескивание костра, шум чьих-то шагов по земле, но рядом — никого.

Это странно.

Не тревожно, но необычно — словно мир на мгновение притих, давая возможность отдышаться, прийти в себя.

— Ты доверишься моей маме, Лия? — вдруг тихо спрашивает Зои.

Я оборачиваюсь к ней, встречаясь с её серьёзным, чуть обеспокоенным взглядом.

— Она у меня медик, а ты несколько раз была ранена, — продолжает она, чуть склонив голову.

Я на секунду задумываюсь.

Честно говоря, мои ранения меня волнуют меньше всего. Они ноют где-то на грани сознания, но беспокойство о самочувствии Арона и Керна отодвигает всё остальное на второй план.