Книга Под одним небом две судьбы, страница 90 – Мия Соул

Он не стал тратить слова, вместо этого он молча протянул мне не украшение, а длинный, аккуратно свернутый свиток в простом черном чехле.

— Госпожа Ли Вэй, — его голос, низкий и уверенный, заглушил гул толпы. — Вы несколько раз мне показали, каким я был слепцом. Не так давно я выяснил, что женщины ценят не только драгоценные камни и дорогие металлы, но и знания. Позвольте вручить вам мой подарок.

Слишком громкое заявление. Такими словами он почти оскорбил моих сестер и мачеху. Но я забыла о принце, о сестрах, о всей этой дурацкой церемонии. Пальцы сами потянулись к свитку. Я развязала шелковый шнур и осторожно развернула его.

А потом ахнула. Ахнула непроизвольно и громко, вызывая вопросы у присутствующих. Но вряд ли они могли оценить ценность подношения. Боги, его даже я не могла оценить.

Иероглифы, выведенные тонкой, почти летящей кистью, предстали перед моими глазами. «Наньцзин». «Классика трудностей». Копия трактата ученого-лекаря Бянь Цюэ. В моем мире этот дар бесценен. О нем слышали, но никто никогда не видел. Сохранились лишь заметки, воспоминания свидетелей. А я смогу его сама прочитать, дотронуться.

Я не была поклонницей истории, но сейчас я почти потонула в океане собственных эмоций.

Это не обычный подарок, это еще и профессиональное признание. Какой бы мужчина подарил женщине ученый трактат? Второй принц подарил мне украшение, которое меня совсем не впечатлило. А вот генералу удалось меня поразить.

Я не помнила себя от восторга. Шкатулку с безвкусным колье я тут же, почти не глядя, сунула в руки Сяо Лань, как дают служанке ненужную диковинку. Обеими руками я прижала к груди драгоценный фолиант, и широкая, неподдельная улыбка озарила мое лицо.

— Генерал… — голос мой дрогнул от переполнявших меня чувств.

Я хотела сказать ему, что это величайший дар, который я когда-либо получала, что он сделал для меня невероятное, но он понял все без единого слова.

Он лишь слегка склонил голову, и в уголке его губ я увидела едва заметную черточку удовлетворения.

Вскоре все расселись по местам. Мне выпало сидеть напротив Чао Аня, чей холодный, оценивающий взгляд заставлял меня внутренне съеживаться. Но по правую руку от него сидел Сюй Цзе. Его мощная, спокойная фигура стала для меня невольным щитом. Я чувствовала его присутствие кожей, и это придавало странное ощущение безопасности. Все-таки он часто выступал моим защитником, хоть часто сам и втравливал меня в опасные ситуации.

Пир набирал обороты. Отец, разгоряченный вином и всеобщим вниманием, поднял свою пиалу. До этого он уже пил за императора, за жену, за всех дочерей и сына, потом пошли традиционные посты за здоровье, за мудрость и прочее.

— Я пью за нашего дорогого гостя, генерала Сюй Цзе! — провозгласил он, и его голос дрожал от напускного восторга. — Благодаря ему моя заблудшая дочь вернулась в клан.

Я опустила глаза, сжимая в коленях кулаки под столом. «Заблудшая дочь». Как же легко они все переписывают. Всем наплевать, что это они сослали Ли Цзянь по ошибке. И все, кто к этому причастен, ушли от наказания.

Сюй Цзе медленно поднялся. В его движениях была неоспоримая властность, заставившая зал замолчать.

— А я благодарю вас, Ли Жунь, за добрые слова. Слышал, что мы чествуем сегодня не только дочерей, но и вашего сына?