Книга Под одним небом две судьбы, страница 10 – Мия Соул

За ней вторая… Потом третья… Три лисицы.

Но таких я не видела никогда. Они были крупнее, величественнее, а из-за их спин волнами струились не один, не два, а девять пушистых, сияющих в лунном свете хвостов.

Они встали на мою защиту, выгнув спины, и их рычание было тоньше волчьего, но в десять раз более свирепым и древним. От них исходило почти физическое давление, пахло персиковым цветом и озоном после грозы.

Волки отпрянули в изумлении, но ненадолго. Их ярость, казалось, лишь возросла. С диким ревом вожак бросился на крупнейшую из лисиц. И тогда началось безумие.

В воздухе зазвучал странный, переливчатый звон, будто лопались тысячи стеклянных бусин. Фигуры лисиц начали мерцать и вытягиваться. Рыжая шерсть уступила место бледной, как луна, коже. Лапы превратились в изящные руки с длинными когтями. Морды сложились в лица неземной, острой красоты с горящими янтарными глазами. Это были три женщины в струящихся одеждах цвета заката и ночи, их движения были стремительны и грациозны, как танец смертоносных лезвий. В их руках были мечи и ножи.

Но и волки не отставали. Их тела тоже заходились судорогой преображения. Шерсть втягивалась, скелет ломался и перестраивался с противным хрустом. И вот уже на поляне стояли не звери, а шестеро мужчин в простецкой, но прочной одежде воинов. Их лица были искажены звериной яростью, а в руках у некоторых уже сверкали длинные ножи.

— Цюаньцуй! — крикнула одна из женщин-лисиц, ее голос был мелодичным и леденящим одновременно. — Вам не место в наших владениях! Вы забыли, кто нас охраняет?

Один из мужчин-волков, тот самый вожак, с рычанием бросился на нее.

Я понятия не имела, что происходит, но брошенная фраза хулицзин не осталась без внимания. Их кто-то охранял.

Лес ожил, чтобы защитить своих хозяек. Толстые плети дикого винограда, словно живые змеи, выстрелили из темноты, оплетая руки и ноги оборотней — мужчин. Ветви ближайшей ивы с хлестким свистом опустились вниз, отбрасывая другого нападавшего. Земля под ногами волков становилась зыбкой, как трясина, сковывая их движения.

Я застыла, завороженная и ужаснутая этим сверхъестественным зрелищем. Это было не похоже на бой — это было какое-то волшебство.

Гармоничный, смертоносный танец, где природа сама была оружием лисиц. Сверху раздался короткий, обрывающийся вздох, и я услышала глухой удар о землю. Сяо Лань, не выдержав зрелища превращений, потеряла сознание и свалилась с ветки. Это отвлекло меня. И одного из воинов-волков.

Вырвавшись из цепких ветвей, он ринулся к беззащитной девушке. Я не думала. Инстинкт самосохранения и странная ответственность за эту несчастную слились воедино. С криком, в котором было отчаяние и ярость, я изо всех сил опустила свою дубину.

Дерево с глухим стуком встретилось с его головой. Это был не смертельный удар, но неожиданный и унизительный. Он отшатнулся, ошеломленно потирая висок и смотря на меня с новым, диким интересом. В его волчьих глазах читалось не просто удивление, а вопрос: «Что это за странная женщина?»

Этого мгновения оказалось достаточно. Одна из лисиц-женщин, та самая, что была крупнее других, метнулась вперед. Ее движения были столь быстры, что я едва успела уследить. Она не стала использовать когти. Она просто прикоснулась к груди воина, и из ее ладони вырвалась ослепительная вспышка золотого света. Мужчина отлетел назад, как тряпичная кукла, и рухнул без сознания, опутанный сновавшими по земле корнями.