Онлайн книга «Ваше величество, прошу, не убивайте меня снова. Том 1»
|
— Не знает, – каркнул император. – Ничего не знает! Хотя… нет, может, что-то и знает… Он затряс головой и попятился, нервно оглядываясь. Женщина, скорчившаяся в углу, продолжала издавать жуткие вопли, похожие на крики умирающего животного. Император неожиданно запрыгнул на кровать, и в тот же момент несчастное создание, которое, по всей видимости, когда-то было женщиной, поползло к нему, разевая рот и издавая воющие звуки. — Ру-у-у… – тянуло оно. – Ру-у… Существо больше не вопило, но его хриплый нечеловеческий голос показался Руперту еще страшнее. Нет, не может быть, чтобы она звала его. Это просто остатки былой привычки, случайные проблески в погибшем мозге. Он крепко зажмурился, чтобы не видеть ее, а она ползла, подвывая, к кровати, ноги и руки ее были вывернуты под неестественными углами. Горло принца сжал спазм. – Скажите мне, отец. – Ларриет… – Отец, прошу вас, расскажите мне все. Так дальше нельзя. Если я вернусь в Белуа, это ничего не изменит. Я знаю, вы что-то от меня скрываете и должны рассказать мне, что именно! – Лари, дитя, верь мне. Ты должна мне верить. Из всех людей на свете – именно ты. Я понимаю, девочка моя, я сложный человек. И это нелегко – поверить на слово, просто потому, что тебе сказали: «Верь!» И все-таки я тебя прошу… Молчаливый свидетель их разговора, Руперт не сдержал смешка. – Я верю вам, отец, – прозвучало в его ушах. «Лжет», – подумал он. Лжет, чтобы вывести отца на откровенность. Лжет довольно неумело, но это видит он, Руперт, а не граф де Белуа, потому что Руперту уже случалось слышать, как Ларриет говорит неправду. Оглядывая глазами Ларриет комнату, в которой она находилась, Руперт увидел в отражении оконного стекла ее лицо. Она встретилась с ним взглядом и вдруг усмехнулась, будто забавляясь и над отцом, и над собой. Она не лжет, вдруг осознал Руперт. Она действительно верит своему отцу. Он едва удержался от ругательства, уже готового сорваться с языка. Какая же идиотка! Слепая дурочка! Понимает ли она, куда идет, или просто прет, не разбирая дороги?! — Отец, –тем временем сказала Ларриет.– Прошу, не волнуйтесь! Я вам верю. И буду верить впредь. Я знаю, вы не из тех, кто творит дурные дела. – О, Ларриет, –горько вздохнул граф, а она продолжала: — Если не верить вам, то нельзя верить вообще никому. Только… это ведь не вопрос доверия. Я просто должна знать, что вы замышляете. Вообще-то, – вдруг замялась она,– на самом деле… я… До него донесся какой-то шум. Руперт резко повернул голову к источнику звука и увидел, что воющая женщина оказалась на кровати, куда ее втащил император. Внешне она, пожалуй, уже не напоминала человека – разве что ее кожа была мягкой и белой. Белый. Снежно-белый, сияющий, слепяще-белый цвет. Когда он пытался ее вспомнить, в голову всегда приходило именно это. Ее некогда золотые, будто впитавшие сияние солнца волосы теперь высохли и безжизненно висели, и лишь тонкие, словно высеченные умелым резцом черты еще напоминали о том, какой красавицей она была. — Ру, – невнятно выла она. – Ру-у, ру-у, ру-у-у… Руперт сглотнул. Рука женщины, недавно сломанная императором и потому странно изогнутая, дернулась. Он не был до конца в этом уверен, но, кажется, ее трясущийся указательный палец уткнулся в него. Руперт оцепенел на мгновение, его сердце заколотилось. Нет! Не зови меня! Я пока еще не могу дать тебе то, чего ты хочешь! |