Книга Джейн Эйр – охотница на оборотней, страница 139 – Андрей Белянин, Дарья Менделеева

— Песен больше не будет? – спросила я, поднимая его клинок и ломая о колено.

— Это был дорогой экземпляр, мисс Эйр, – с плохо скрываемой яростью прорычал мистер Рочестер. – Тут уж не до песен! И вы еще смеете говорить о слезах злости?

— О да, сэр, смею. Мне жаль оставлять Торнфилд, я полюбила его, провела здесь прекрасные дни. Я познакомилась здесь с вами, мистер Рочестер, и вы были со мной учтивы и неуважительны одновременно, теплы и холодны, презрительны и обходительны. А теперь захотели уничтожить меня, пронзив мое сердце этим клинком. Скоро я покину вас. Я благодарю вас за место, которое вы предлагаете мне, но не воспользуюсь вашим предложением. Меня не интересует Ирландия, я не поклонница виски, а долгая дорога стала бы слишком утомительной. Я сама устрою свою судьбу, как и до́лжно поступать современной женщине.

— Да разве вам необходимо уезжать? – спросил он внезапно.

— Безусловно, сэр. Ведь скоро сюда приедет мисс Ингрэм, ваша великолепная красавица-невеста, которая точно не потерпит в доме презренную гувернантку.

— У меня нет никакой невесты! А вы – вы останетесь здесь, амазонка Дженни! Клянусь вам! Решайте же свою судьбу, мисс Эйр, поскольку я предлагаю вам свою руку, свое израненное сердце и Торнфилд!

— Прекратите этот фарс, сэр! – фыркнула я и метнула нож, пригвоздив ворот его пиджака к стволу дерева. Мистер Рочестер затравленно посмотрел на меня, дернулся, пытаясь высвободиться, но нож слишком глубоко вошел в древесину.

— Я умоляю вас провести со мной всю жизнь!

— Вам надлежит довольствоваться мисс Бланш Ингрэм, сэр. Она больше достойна вас и вашего имения и с радостью пройдет с вами весь земной путь до могилы.

— Вы – моя невеста! – сказал он, нелепо приколотый к дереву. – Вы одна близки моему бедному сердцу и моей мятежной душе. Станете ли вы моей женой, Дженни Эйр?

Я молча подошла к нему и вытащила свой нож, освобождая ткань его пиджака. Что я должна была ответить на этот нелепый пафос?

— В ваши сигары, помимо табака, добавлены более серьезные травы, сэр, раз вы вещаете здесь подобный бред. Опасайтесь губительных курительных смесей!

— Неужели вы сомневаетесь во мне, Дженни?

— Разумеется!

— И вы не верите мне?

— Конечно же нет!

Я развернулась и пошла к калитке, чтобы покинуть сад и оставить этого человека одного в его безумии.

— Так, значит, по-вашему, я лжец?! – закричал он так, что тревожно закаркали вороны, притаившиеся под карнизами замка. – Я не люблю эту дуру Ингрэм, вы знаете это! Вам также известно, что и она меня не любит – и не способна полюбить! Она со мной только ради моего капитала. Я слышал, что она за глаза называет меня уродом! Она не будет моей женой! Одну лишь вас я люблю больше, чем самого себя! Одну лишь вас, Дженни Эйр, я искал всю свою пропащую жизнь! Вы – и более никто – будете моей невестой! Скажите мне «да»!

— Мистер Рочестер, вы это серьезно? – спросила я, схватившись за калитку и обернувшись. – Покажите мне ваше лицо.

— Мое лицо для вас – открытая книга. Читайте его, мисс Дженни! Все колкости, все грубости мои – лишь неумелый флирт разочарованного жизнью дикаря. Лишь проверка, примете ли вы меня любым, любите ли вы меня, простите ли вы мне… О, как вы меня мучите, гувернантка Дженни! Скажите же просто и ясно: «Эдвард, дай мне свое имя, я согласна быть твоей женой»!