Онлайн книга «Элеонора Августа»
|
Он бросил мешок с серебром к ногам советника: это ваше! Советник на мешок смотрел с удовольствием, как обжора на богатый стол, но брать не торопился, только помотал головой: весьма сомнительно теперь достижение мира. Посмотрел и сказал: — После бед, что вы учинили, только глупец отважится говорить в земле Брегген о мире с вами. Это было как раз то, что Волков меньше всего хотел услышать. «Неужели придется к следующей весне собирать войско? – От этой мысли на душе у него стало нехорошо. – Герцог еще больше беситься станет! Вся ярость его из-за этой войны. Пока не закончу ее, примирению нашему не бывать. Но как ее закончить? Должен быть ключ к тому замку! Не может так быть, чтобы не имелось решения к этой задаче, должно быть решение, надо его найти! Толстяк не так уж и богат, дам ему еще серебра, пусть скажет, что делать». Он поднял второй мешок с серебром и потряс им перед советником. — Вальдсдорф, мне нужен мир. Что для того надобно сделать? Советник покосился на второй мешок, который держал перед ним Волков. Теперь мужчина замялся. Кажется, он знал что-то, но боялся говорить. Он стал еще краснее, чем прежде, и еще усерднее отмахивался от дыма. — Ну, советник! – воскликнул кавалер. – Две тысячи талеров! Говорите, Вальдсдорф, говорите, – уже сквозь зубы прошипел генерал, – не серебром, так железом от вас все вызнаю. Не отпущу вас, пока не скажете… Ну, холодное серебро или горячее железо? Тут советник наконец выдохнул так, словно из воды вынырнул, и сказал: — Прямо на юг от Рюммикона, по малой речке Золле, если подняться в горы, есть несколько деревенек, они все на той речке стоят, их также прозывают Золле… – Он замолчал. А генерал, бросив мешок с серебром на землю, схватил толстяка за руку, схватил весьма крепко. — Ну, Вальдсдорф, говорите же… — Там большие склады леса, – продолжил советник, не без опаски косясь на рыцаря, – говорят, что там сейчас восемьдесят тысяч бревен. В тот лес вложены деньги всех первых семейств земли Брегген. — Ну, ну, говорите же, друг мой, – сразу стал мягче генерал, он и так уже все понял, но ему нужны были подробности. – Что там за лес, почему его не свозят с гор вниз, чьи деньги в него вложены? — Говорю же, все первые люди Бреггена там, в том лесе, долю имеют. Всякий в том деле желает участие принять, да не всякому дают. А лес там превосходнейший. Я слышал, что там двенадцать тысяч бревен – лес строевой, корабельный: сосна да кедр горный. Бревно к бревну. А еще есть четырнадцать тысяч дубов превосходных. За такой дуб в Нижних землях корабелы платят двадцать один гульден за двадцать бревен того дуба. Он идет на оснастку кораблей. Крепок, и гады морские его не грызут. А из отходов, из брака, там жгут уголь, его тоже вниз спускают. «Прекрасно, прекрасно… Кажется, это то что нужно!» — А отчего же тот лес не спускают к реке, зачем его там собирают? – спросил генерал. — Его там рубят. В горах весьма хороши леса. А не спускают его сейчас, потому что речка Золле весьма немноговодна, тем более летом. Сейчас по ней лес сплавляют, но мало, в некоторых местах так короба для сплава делать приходится. А вот с осенними дождями или с весенними паводками так дело идет веселее. А пока лес копят. Волков обнял толстяка. — Вы заслужили эти деньги. Если вдруг придется вам бежать из кантона, бегите ко мне, я вас укрою. |