Книга Божьим промыслом. Серебро и олово, страница 79 – Борис Конофальский

После чего генерал сделал паузу, как бы показывая гостю, что вопрос исчерпан, и визит можно заканчивать. И тогда Кюн стал прощаться:

— Я передам наш разговор принцу, — обещал камергер.

— Я очень на то рассчитываю, — говорил ему Волков. Он, правда, думал просить гостя о том, чтобы тот так же передал принцу, что его вассал уже несколько дней ждёт ответа на свои просьбы, но подумав, генерал решил:

«После неудачи с моими сыновьями он и так меня скоро призовёт. Зачем же навязываться? Тем более что Виттернауф рекомендовал ждать!»

И когда карета распорядителя двора отъехала от его дома, генерал, наблюдая за нею из окна второго этажа, сказал себе:

— Как хорошо, что казначей мне отказал и его кольцо досталось Амелии.

Он посидел дома, и то безделье было приятным. Ко дворцу сегодня он не спешил, встреч никаких не предвиделось. Возможно, что был бы генерал не против повидаться с Амалией Цельвиг, но и то было не к спеху, ведь от него поутру госпожа фон Сольмс только уехала. Деньги у него теперь были, и барон поехал по лавкам.

На себе решил не экономить. Жара всё ещё и не думала отступать, и посему генерал купил себе полдюжины тончайших рубах из батиста, были те рубахи не белые, а на манер последней моды — слегка голубые. Как раз такие носил молодой принц и его приятели. Также купил дублет из необыкновенно дорогого шёлка, жара же, не в сукне же ему ходить? Шёлк был насыщенного цвета тучи, с чёрными горошинами по полотну и чёрными пуговицами в виде голов льва. Дублет необыкновенно подходил к воротам и манжетам голубых нижних рубах. К этому он купил коротких чулок, что чуть выше колен — синего, черного, и серого цвета. Так же всё из шёлка. Новые шоссы, черные, под сапоги, для езды верхом взял две пары. Купил шапочку с пером цапли, пять пар перчаток, две пары туфель тонкой, чёрной замши с серебряными пряжками. Его уже потрепались — столько-то по коридорам дворца ходить. В общем потратил он на это почти восемьдесят талеров. А дальше нашёл ещё и лавку книготорговца, где купил две книги, одну из тех, что любят дамы, про рыцарей и принцесс, а другую — от древнего автора про Александра Великого. Эта книга была на языке пращуров, и генерал решил освежить свои навыки владения им. После же он заехал в одну харчевню, что была на соседней улице от его дома. Уж больно хорошо там пахло, и всё потому, что в большом камине того заведения на вертеле готовили свиное жаркое из немаленького поросёнка. Но жаркое ещё жарилось, и он с такими же терпеливыми людьми, коих в харчевне было немало, стал ждать, тем более что хозяин и повар, обещали лично ему, что через полчаса кушанье будет готово. Пока же ему подали тёмный паштет из говяжьей печени, хлеб и пиво. Причём и паштет, и пиво оказались не дурны, тем более что к паштету подали ещё и белого свежего лука. И он коротал время за пивом, паштетом и книгой, пока, наконец, жаркое не было готово. И когда ему принесли его кусок, генерал пришёл к выводу, что ждал он не зря.

Домой барон возвращался уже тогда, когда колокола стали собирать людей к вечерней службе.

Гюнтер приготовил ему лекарства, и генерал сел читать, заодно размышляя о том, пить ему сонные капли или сегодня он уснёт без них? Но вникать в чужой язык ему было немножко лень, а настроение было хорошее. Ну, а что ему быть плохим, если сегодня он утёр нос своему сеньору, не отдав ему сыновей в заложники, а ещё добавляли благодушия полученные деньги, которые, честно говоря, очень его выручали. Так выручали, что Волков даже стал думать о том, что… Через день, два или три… Если герцог его не вызовет к себе для разговора… Он возьмёт… Да и уедет в Эшбахт. Барон даже усмехнулся, представив физиономию курфюрста. Скорее всего тот будет раздражён и озадачен таким поступком.