Онлайн книга «Божьим промыслом. Серебро и олово»
|
⠀⠀ *⠀ *⠀ * ⠀⠀ Барон думал пройти по улице Кружевниц, на которой теперь жил. Много раз он видел эту улицу, но всё из окна кареты. Вот только не очень удачно господин генерал выбрал время. Утро: на улице сутолока. Молочники, бакалейщики, булочники, ещё чёрт знает кто толкали по улице свои тележки. Подводы старьёвщиков и золотарей были тут же, а мастера тех дел забирали у жителей мусор и прочее всякое. И жители платили за тот сбор. А что поделаешь? Бросать мусор или лить нечистоты на мостовую в столице было запрещено категорически. За тем следили старосты улиц, а нарушитель получал немалый штраф, а то и плети. Всё потому, что Его Высочество очень не любил грязи и вони. А значит грязь не любили и все жители Вильбурга. Может поэтому Волкову тут нравится: «Одно слово: столица герба Ребенрее, здесь есть хозяин, это тебе не вольные города, где заправляют разжиревшие на торговле горожане, менялы и рантье, готовые жить в грязи, лишь бы не потратить лишнюю монету». Старики и богобоязненные матери с детьми спешат в храмы, на утреннюю службу, а их тут два. Один направо от дома генерала — собор святого великомученика Андриана. А второй налево — небольшая и красивенькая церковь Искупления Господня, что была при монастыре кармелиток. А дома на улице чистые, нищих фахверков здесь не строили, жилища всё каменные, многие со дворами, конюшнями и высокими заборами. Встречались и лавки. Лавки, признаться, недешёвые. Но все со снедью свежайшей и с товарами хорошими. Впрочем, как следует, он ничего в тех лавках рассмотреть не успел, так как появился фон Готт и его пешее путешествие закончилось, дальше генерал поехал в своей карете. ⠀⠀ *⠀ *⠀ * ⠀⠀ — Завтрак уже начался? — Спросил он у юного секретаря курфюрста, когда появился перед столовой. — Да, господин генерал, — юноша тут же вскочил и собрался бежать к двери, — я сейчас сообщу Его Высочеству, что вы прибыли. — Нет, — Волков останавливает его движением руки, — не нужно беспокоить герцога, пусть завтракает. Я подожду. Вообще-то он и сам был голоден, вот только на подобных деловых завтраках, что иной раз устраивал курфюрст из-за нехватки времени, обычно присутствовал и обер-прокурор, и маршал цу Коппенхаузен, а мог случиться и тошнотворный и злобный Густав Адольф фон Филленбург епископ Вильбурга. И ещё несколько неприятных людей, общение с которыми он желал бы свести к минимуму. А тут среди лакеев с подносами, столиков с посудой и едой, появился распорядитель двора Кюн и с ним был господин Багель секретарь городского магистрата. Оба этих господина не были большими друзьями барона, но сейчас и Волков и господа, были друг с другом ласковы. Они раскланялись. — Вы тоже опоздали на завтрак, господа? — поинтересовался генерал. Те переглянулись, а потом Кюн и отвечает: — К сожалению, не имели чести быть приглашёнными. — М-м… — понимает генерал. — Мы приглашены лишь на совет, — добавляет Багель. — Как и я, — говорит генерал. — А какие вопросы будут обсуждаться? — Новый канцлер, — сообщает ему Багель. — Назначение. Это то, что мне сообщили. А дальше пойдут… — Тут он делает многозначительную паузу, — возможно политические дела, — это был явный намёк на недавние свершения в Швацце, к которым барон был причастен непосредственно. |