Книга Белый конь, страница 23 – Елена Крыжановская

Озеро осветилось изнутри. Когда вода успокоилась, из глубины ее зеркала появилось недовольное вызовом лицо лесной принцессы.

— Чего тебе? — она зевнула, закрываясь ладонью. — Дик, сейчас ночь! Я сплю!

— Да? — язвительно спросил он. — Хозяйка края спит, а по ее озерам бегают оборотни!

— Что⁈ — в глазах Келлерлисы вспыхнул гнев. — Где?

— Сама ищи! Четверо. Трое волков и белая ворона.

— Уранда… — голосом мстителя, который видит свою цель, произнесла Келлерлиса и ноздри ее тонкого носа хищно выгнулись, а губы сжались. — Я ощиплю этой курице последние перья! Ты… ты цел, Дик? — теперь голос крестной дрожал не от гнева.

— Частично.

— Чего они хотели?

— Скачки, — пожал плечами Дик и зажмурился. Распухший след укуса обжег его резкой болью.

— Так это ты? — в голосе крестной больше не звучало сочувствия. — Думала, мне послышалось. Лекарство нужно? Или я иду спать!

— Без порошка обойдусь, — напрямик сказал Дик. — А ты выходи. Жду.

— Где ты? — машинально спросила Келлерлиса, и озеро тут же погасло. Фея справедливо решила, что Дик, не зная названия места, снова скажет: «Сама ищи!»— а магическое зеркало не позволит себе подобных грубостей.

Дик ждал на берегу не больше трех минут. На островке снова возникла светящаяся фигура высокой девы в длинном домашнем платье с распущенными волосами. Дик хмуро наблюдал, как она скользит к нему напрямик, по водам озера.

Рыцарь встал и поклонился прекрасной даме, слегка коснувшись ее руки. В его ладонь упал маленький мешочек зеленого сукна.

— Спасибо. Доброй ночи, госпожа.

— Здесь до границы ближе, — она указала направление, пряча за суровым тоном тревогу, желание обнять Дика и немедленно убедиться, что он выпьет лекарство, и рана не опасна.

— Благодарю. Меня ждут там, — Дик кивнул через плечо на темную крутую тропинку.

Келлерлиса нежно коснулась его лба, убирая мокрую челку, и пошла обратно.

Дик, не оглядываясь, поспешил вверх по тропе. Взобрался на Олевира и приказал догонять приятелей. Хотя и сомневался, сможет ли конь сам найти нужную дорогу в лесу.

Но, к удивлению Дика, через полчаса впереди засветился силуэт единорога. Милон не торопился, хотя тоже сомневался, что ещё увидит своего спутника.

— Что там? — беспокоился он, заметив даже при луне бледность рыцаря.

— Лишние десять баллов не лишние! — беспечно ответил Дик.

Когда они пересекли очередную границу, и густой темный бор закончился, уступив место более светлому смешанному лесу, где постоянно кричали сычи, Дик, не сходя с коня, снял куртку и натер плечо сквозь дыру в рубашке коричным порошком[1] с белыми искрами лечебной соли. Горсточку порошка бросил в рот и запил из фляги.

— Жжет? — спросил Милон, когда Дик снова оделся и кивнул. — Ну, ещё бы! Чьи зубы?

— Уранду знаешь?

— Гадина!.. Хм, даже знаю, кто ее на нас натравил… — перед ними открылся длинный спуск. Пришлось мчаться галопом, чтобы не терять времени, и Дик очень не скоро услышал имя противника. Он вертел головой по сторонам, видя старые сосны и слыша, как хрустит под копытами Олевира ковер прошлогодней хвои.

— Мы в Но́рладе! Как жаль, что это горное королевство, а не лесное. Сто десять баллов ждут поблизости.

— Нельзя, — с досадой вздохнул Милон. — Это не Норлад, а наши Сосновые кручи. Норладцы нас не увидят, если встретят. И посещение замка и Волчьего ущелья нам не засчитают. Свернем к реке?