Книга Крик потревоженной тишины. Книга 1, страница 115 – Матвей Дубравин

Лекарь не двигался. Желая помочь Ахелю, он не хотел ему навредить. От такого гостя можно ожидать всего, чего угодно. Пусть успокоится. Кор решил хоть что-то предпринять. Он направился в глубь комнаты.

Ахель, почти лёжа на полу, с трудом обернулся в сторону двери. Он боялся того, что она может скрывать. Но там ничего не было. Тогда он посмотрел на окно. К его ужасу, окно было открыто настежь, проветривая душную комнату. Нужно встать и закрыть окно, но Ахель уже не мог шевельнуться. Он без сил упал на пол.

— Всё… пропало, – с трудом выдавил он из недр горла. – Там… сейчас. Они… к-клубком!!!

Больше он не мог вымолвить ни слова. Горло жутко драло.

Кор выплеснул на страдальца кастрюлю прохладной воды. Ахель испытал сильное облегчение. Он не сомневался, что всё кончено, и закрыл глаза. Организм требовал отдыха. Ахель то ли потерял сознание, то ли заснул.

Лекарь понимал, что такое развитие событий – лучшее для Ахеля. Проснувшись, он может чувствовать себя лучше. Смущало только одно: Ахель, очевидно, боялся погони. Вряд ли в селении найдётся столь жестокий человек. Может, звери вышли из леса? Такое изредка случалось.

Кор, перешагнув через Ахеля, закрыл дверь на задвижку. Затем он выглянул в окно. В темноте никто не шевелился. Лекарь взял свечу и посветил в окно. По-прежнему пусто. Тогда он осторожно открыл дверь. Звери испугались бы огня. Но бояться было некому: улица пустовала. Значит, вся проблема, скорее всего, в самом Ахеле, в его душе. «Я не умею лечить душу, – с горечью подумал Кор. – Но бывает, что душа болит, потому что болит тело. А тело я постараюсь вылечить!» Есть болезни, которых не видно. От этого они и самые противные. Столичные врачи могут вылечить и их, но простой сельский лекарь не в состоянии этого сделать. Хотя кое-что он всё-таки может!

Итак, Ахель проиграл все бои с судьбой. Он неправильно действовал и доконал сам себя. Настало время его спасать! Кор не изменял своему долгу никогда – и не изменит! Если нужно спасать – он спасёт.

Кор нагнулся к Ахелю, лежащему на полу лицом вниз, и перевернул его на спину, чтобы лёгкие было проще наполнить воздухом. Затем он пощупал пульс. Ахель был жив, но сильно ранен. Кор решил раздеть его, чтобы осмотреть, но не мог поднять Ахеля, потому что ослаб к этому времени. Нужно было приподнять мужчину, чтобы снять рубашку. Не в силах это сделать, лекарь взял нож и разрезал одежду, чтобы спасти хотя бы хозяина этой одежды. Ахеля он с трудом перетащил за обе руки на чистую подстилку на полу и покачал головой: тело было исцарапано и покрыто ожогами. По нему сновали две мокрые сороконожки, которых Кор, недолго думая, раздавил. Судя по ожогам, изначально этих сороконожек было на Ахеле очень много. Лекарь омыл тело водой и начал обрабатывать раны, прижигая царапины. Ожоги он покрывал мазью.

У Ахеля был жар. Кор положил ему на лоб повязку. Череп Наблюдателя, висевший на шее у Ахеля, он оставил на нём, решив, что это амулет. Затем лекарь зажёг ароматические травы, которые должны были успокоить Ахеля, чтобы к утру он не был так взволнован.

Губы Ахеля были покрыты засохшей кровью. Осмотрев горло, Кор с досадой поцокал языком: оно было изодрано.

— Мне с тобой много хлопот, – сказал он. – Но мы справимся.