Книга Нежеланная гувернантка снежного князя, страница 12 – Алекс Скай

— Не с отражением?

Марта побледнела.

— Не знаю. Я не смотрю.

— Потому что боитесь увидеть что-то?

— Потому что один раз увидела себя старой.

Она сказала это почти беззвучно и тут же прижала пальцы к губам, будто фраза вырвалась сама.

Алиса не стала расспрашивать. Видно было: ещё один вопрос — и Марта либо убежит, либо пожалеет, что вообще вошла.

— Спасибо.

Служанка взглянула на неё с упрёком и тревогой.

— Не благодарите за такое.

— За правду можно.

— В этом доме правда не подарок.

— Иногда всё равно лучше, чем тишина.

Марта хотела что-то ответить, но в коридоре послышались шаги. Ровные. Сухие. Безошибочно принадлежащие человеку, который привык, что перед ним открывают двери до того, как он поднимет руку.

Леди Берта вошла без улыбки.

— Госпожа Вейр. Вы готовы?

— Да.

Управляющая скользнула взглядом по её платью, косе, лицу. Остановилась на чашке, к которой Алиса не притронулась.

— Завтракать следует до встречи с детьми.

— Я поем после.

— После первой встречи аппетит обычно пропадает.

— Тогда тем более не стоит торопиться.

Марта опустила глаза, но Алиса заметила, как у неё дрогнули губы.

Леди Берта не оценила.

— Его светлость приказал допустить вас в детскую галерею на час. Под моим присмотром. Без прогулок, без посторонних разговоров, без открытых окон, без прикосновений к запечатанным дверям.

— Я могу разговаривать с детьми?

— Если они заговорят первыми.

— А если нет?

— Тогда будете молчать.

— Прекрасный метод воспитания.

— Это не воспитание. Это сохранение порядка.

Алиса подняла с кресла серый платок, который принесла Марта, и накинула его на плечи.

— В таком случае покажите мне порядок.

Леди Берта задержала на ней взгляд, словно пыталась понять, из чего сделана эта новая гувернантка: из глупости, упрямства или чего-то более неудобного.

Потом развернулась.

Детское крыло при утреннем свете выглядело не менее мрачно, чем ночью. Серебряная дверь стояла в конце галереи, тяжёлая и красивая. На створках волки тянули морды к ветвям родового дерева, а между ветвями были вырезаны маленькие птицы. Алиса заметила это только теперь. Птицы — прозрачные, если бы камень мог быть прозрачным. Наверное, их когда-то покрывали светлой эмалью, но время стёрло почти всё.

У двери стояли двое стражников.

Один совсем молодой, с испуганными ресницами, второй старше, с длинным шрамом у подбородка. При появлении леди Берты они распрямились.

— Ночью? — спросила управляющая.

Старший стражник бросил быстрый взгляд на Алису.

— Без происшествий, миледи.

— Мне нужен ответ, а не удобная фраза.

— Княжна не покидала комнату. Наследник был в галерее до второго колокола, потом вернулся сам.

— Почему не доложили?

Стражник сжал челюсть.

— Его светлость приказал не тревожить детей, если они не выходят за серебряную черту.

Леди Берта поджала губы, но спорить не стала.

Алиса посмотрела вниз. На полу перед дверью действительно была тонкая серебряная линия, вплавленная в камень. Не просто украшение. Граница. Слишком красивая для решётки и слишком холодная для порога.

— Они не могут выйти? — спросила Алиса.

— Могут, — сказала леди Берта. — Если им разрешат.

— Кто?

— Дом.

Ответ прозвучал так, будто речь шла о живом существе.

Берта достала из связки длинный ключ. Он был не металлический, а белый, костяной на вид, с узором из переплетённых снежинок. Когда ключ вошёл в замок, дверь тихо вздохнула.