Книга Дочь его врага, страница 34 – Виктория Богачева

Я отвела взгляд и взмолилась всем богам, чтобы это занятие поскорее закончилось. Снимать китель я, разумеется, не собиралась. Амулет менял лицо и рост, но под рубашкой я оставалась собой, и ни один амулет в мире не мог это скрыть.

С первым ударом колокола появился Эшворт, а вместе с ним и другие преподаватели. Из всех в лицо и по имени я знала только Гронера, чьё присутствие на занятии обещало превратить его в по-настоящему незабываемое время.

Видеть ректора в тренировочной форме было непривычно. Я как-то привыкла к застёгнутому до последней пуговицы кителю, в котором он почти сливался с академией: такой же строгий и монолитный.

Без кителя всё было иначе. Облегчённая рубашка не скрывала ни ширины плеч, ни того, как двигались под тканью мышцы, когда он закатывал рукава, обнажая жилистые, сильные предплечья с парой старых шрамов, которые белели на загорелой коже.

И двигался Эшворт так, что становилось понятно: когда-то, до ректорства, он был бойцом. Настоящим.

Я поймала себя на том, что смотрю слишком долго, и опустила глаза.

— Пять кругов! — скомандовал Эшворт. — Бегом!

Двор загудел от топота. Курсанты рванули с места, и я побежала вместе с ними, пристроившись ближе к хвосту. Первый круг дался легко. На втором я нашла ритм и даже обогнала нескольких курсантов, которые начали слишком быстро и теперь задыхались. На третьем почувствовала, как горят лёгкие, но ноги несли меня сами.

Эшворт бежал вместе со всеми, как и другие преподаватели. Его дыхание было ровным, и на лице не было ни капли напряжения. Когда он пробегал мимо меня на четвёртом круге, я поймала его мимолётный взгляд.

А на пятом круге меня сбили с ног.

Подло, исподтишка. Кто-то подставил подножку. Впрочем, почему «кто-то». Я была уверена, что не обошлось без адъютантов.

Я бы могла смягчить падение руками, но испугалась, что слетит амулет, и потому вцепилась в него. Не затормозила ладонями и неловко, некрасиво рухнула на утоптанный гравий, счесав до крови щеку, которая не зажила ещё после драки с Освальдом.

Разумеется, вокруг послышались сдержанные смешки. Открыто глумиться курсанты не решились, все же среди нас находились преподаватели.

Выругавшись сквозь зубы, я поднялась, осматривая подранный рукав рубашки. Помимо щеки я до крови стесала и локоть. Кожа на ушибленных местах неприятно горела.

— Адъютант Фальк, вы в порядке? — я не смогла скрыть удивления, когда услышала вопрос.

Повернувшись, увидела курсанта Лерра, за которого вступилась пару дней назад. Он закончил пробежку одним из первых и даже не запыхался.

— Всё в порядке, — сказала я, отряхивая колени.

Лерр кивнул и отошёл, не навязываясь. Я нашла взглядом Первого. Он стоял в группе адъютантов и не смотрел в мою сторону, но ухмылка на его лице говорила достаточно. Второй рядом с ним тоже выглядел довольным. Доказать я ничего не могла, да и не собиралась. Стиснула зубы и промокнула щёку рукавом.

— Построение! — скомандовал Эшворт. — Спарринги.

Курсанты выстроились, и преподаватель по рукопашному бою — коренастый мужчина с перебитым носом — начал объяснять правила. Можно было либо встать в пару с другим курсантом, либо работать с тренировочным манекеном. Они стояли вдоль восточной стены: деревянные каркасы, обтянутые кожей, с подвижными рычагами вместо рук.