Книга Мимо открытых окон, страница 137 – Брин Гринвуд

— Понимаю.

— Готова вести себя как следует?

— Я уже веду себя как следует.

— Нет, ты считаешь себя пленницей. Ты готова вести себя так, чтобы заслужить доверие?

Я не хотела, чтобы мое согласие выглядело легкомысленным, поэтому посчитала про себя до десяти и только потом произнесла:

— Да.

— Хорошо. Иди готовь завтрак, а я пока запрограммирую для тебя код от входной двери.

Я только порадовалась, когда Исабель встала из-за стола, потому что мне было трудно сохранять бесстрастное лицо. Мне выдадут код от дверного замка!

Только ночью, после того как мне позволили свободно ходить вверх и вниз целый день, я с ужасом осознала, что означает мое «да». Пусть даже я лукавила, но все же согласилась стать частью организации. Теперь я была одной из Них.

Несколько часов провалявшись в постели в тщетных попытках заснуть, я наконец призналась себе: я не настолько ненавижу отца, чтобы остаться равнодушной к его смерти. К тому же у меня не было причин ненавидеть Каталину и Томми, а если отцу будет угрожать опасность, то им тоже. Тут скептицизм уже меня не спасет. Не так давно я пыталась убедить Эйдена, что у Них нет возможности убить его семью, но теперь рассудила, что, пожалуй, есть. Если Они способны послать к дому моего отца человека с камерой, с них станется отправить и человека с пистолетом.

Есть у меня код от двери или нет, сбежать все равно не удастся. Я никогда не вернусь домой.

На следующий день я продолжала метаться в аду тех же мыслей. Весь мир казался хрупким, готовым в любой миг разбиться вдребезги. Я сама готова была развалиться на части. Кое-как мне все же удалось собраться с силами, улыбаться детям и разговаривать с ними, будто и не я заключила сделку с дьяволом.

Пережив второй день в качестве Их наемного работника, я уже собиралась ложиться спать, когда услышала, как открывается лестничная дверь. В мою комнату вошел Эйден, и я испытала мгновенное облегчение. Он поможет мне понять, на что я подписалась, выслушает жалобы на мои сомнения и страхи. По крайней мере, так я думала, пока не увидела его тревожное застывшее лицо. Смотреть мне в глаза он избегал: явно принес дурные вести. Что-то не так. Они изменили свое мнение по поводу меня.

Как только Эйден закрыл за собой дверь, я услышала узнаваемый скрип задвигаемого засова: нас запирали вдвоем. Я села на край кровати, пытаясь выровнять дыхание, но никак не удавалось.

— Там снаружи Исабель? – Я едва могла говорить.

— Да. И Кайл.

Эйден тоже сел на кровать, но подальше от меня: между нами мог поместиться еще один человек. Реальная дистанция, символизирующая метафорическую. Я привыкла, что он отдалялся от меня, когда мы становились слишком близки, но сейчас это казалось зловещим знаком.

— Так что, ты пришел убить меня? – спросила я, пытаясь обратить все в шутку.

— Ты же знаешь, что нет.

— Значит, сообщить, что кто-то, Густав например, отведет меня в лес и пристрелит?

— Нет, Беатрис. Клянусь, что дело не в этом.

— Так почему у тебя такой вид?

— Потому что меня прислали сюда с другой целью, – ответил он.

Я терпеливо ждала, и через несколько минут Эйден придвинулся ближе и взял меня за руку. Пытаясь сохранять спокойствие, я стиснула кулак, но он прижал мою кисть к своей ноге и расправил.