Книга Запретная. Искушение, страница 59 – Кэти Андрес

Я выпорхнула из машины первой, едва не запутавшись в подоле своего платья.

Платье было тем самым. Темно-синим, шелковым, на тонких бретелях, которое я купила в том же «запретном» рейде по магазинам. Оно струилось по телу, как вода, и, честно говоря, требовало определенной смелости. Но сегодня смелости у меня было хоть отбавляй. Я чувствовала себя не девушкой с диагнозом, а шампанским, которое вот-вот выбьет пробку.

— Рома, ну иди быстрее! — я подпрыгивала на месте, пока он расплачивался с водителем. — Ты двигаешься как пенсионер на прогулке!

Рома вышел из машины, поправил манжеты той самой многострадальной белой рубашки (которую я, к слову, погладила идеально, хоть и бурчала при этом как старый чайник) и посмотрел на меня своим фирменным тяжелым взглядом.

— Кира, угомонись, — буркнул он, но я заметила, как его взгляд скользнул по мне — от туфель на шпильке до открытых плеч. И в этом взгляде не было ни капли осуждения. Скорее, наоборот. Там полыхнуло что-то темное и жадное, что он тут же спрятал за маской безразличия. — Не прыгай. Ты на каблуках. Упадешь — я тебя не поймаю, я буду смеяться.

— Поймаешь, — уверенно заявила я, беря его под руку и прижимаясь к его жесткому боку. — Ты же джентльмен. Хоть и скрываешь это за образом пещерного человека.

— Я не пещерный, я брутальный. Это разные вещи.

Мы вошли внутрь.

Ресторан гудел. Здесь пахло жареным мясом, дорогим табаком и мужским парфюмом. За огромным столом в глубине зала уже сидела компания. Человек двадцать, не меньше. И, к моему огромному облегчению и восторгу, это были не только суровые бородачи со сломанными ушами.

Там были девушки!

Много девушек. Ярких, нарядных, смеющихся. Они разбавляли эту мрачную мужскую тусовку, как цветы на минном поле.

— О-о-о! — раздался громовой бас. — А вот и пропажа! Романов! Живой!

Навстречу нам поднялся именинник — Серега. Огромный, лысый, с добрым лицом убийцы и улыбкой от уха до уха. Он сгреб Рому в объятия, похлопывая его по спине так, что звук был слышен, наверное, на кухне.

— С днюхой, брат, — Рома улыбнулся (по-настоящему!), вручая ему подарочный пакет. — Расти большой, не будь лапшой.

— Куда уж больше-то? — хохотнул Сергей, отпуская Рому.

И тут его взгляд упал на меня.

Серега замер. Его брови поползли на лоб, делая лицо комично удивленным. Он перевел взгляд с меня на Рому, потом обратно.

— Эм… — протянул он. — Ромыч? Ты же говорил, что один будешь. А это кто?

Вокруг стола повисла тишина. Все взгляды — и мужские, и женские — устремились на нас. Я чувствовала себя звездой на красной дорожке. Адреналин ударил в голову.

Рома открыл рот, чтобы ответить, но я его опередила.

Я ослепительно улыбнулась имениннику и протянула руку.

— Привет! Я Кира. Я его личная кармическая катастрофа, — звонко объявила я. — А также головная боль, заноза в заднице и совесть, которую он пытается потерять, но я всегда возвращаюсь.

Стол взорвался хохотом. Мужики загоготали, девушки захлопали в ладоши.

Рома закатил глаза так сильно, что я испугалась за его зрение. Он перехватил мою руку, которую я тянула Сергею, и слегка сжал мои пальцы, призывая к порядку.

— Это Кира, — произнес он громко и четко, перекрывая смех. — Сестра Егора. Егор уехал на сборы, попросил присмотреть. Она… — он замялся, подбирая слово, — гиперактивная. Одну оставлять опасно для общества.