Книга (Без) Права на ошибку, страница 75 – Алла Нестерова

— Суд через две недели, — сказала я однажды вечером, когда мы сидели на балконе, наблюдая закат. — Двадцать пятого июля.

Саша кивнул, его челюсть напряглась.

— Я знаю.

— Ты придёшь?

— Нет. Я не хочу разводится. Я люблю тебя, и надеюсь ты всё же меня простишь и дашь мне шанс. А ты пойдёшь?

Я пожала плечами. Честно говоря, я не знала, чего хочу. Развод казался одновременно необходимым и пугающим — последняя ниточка, связывающая с прошлой жизнью.

— Ника, — начал он после паузы, — я не буду просить тебя передумать. Но хочу, чтобы ты знала… эти месяцы, что мы общаемся, для меня значат больше, чем ты думаешь. Я словно заново учусь тебя узнавать. И мне нравится то, что я вижу.

— Саша…

— Не надо ничего говорить, — перебил он. — Просто… спасибо, что даёшь мне шанс быть рядом.

Катя и Сергей тем временем готовились к свадьбе. Они решили не откладывать — жизнь слишком непредсказуема, чтобы ждать идеального момента. Церемония планировалась скромная — только близкие друзья и коллеги.

— Будешь моей подружкой невесты? — спросила Катя, примеряя простое белое платье.

— Конечно! — я обняла её. — Для тебя что угодно.

— И… я хочу пригласить Сашу, — осторожно добавила она. — Он много для тебя сделал в последние месяцы. Но только если ты не против.

Я задумалась. Видеть его на свадьбе подруги, праздновать чужое счастье, когда наше разрушено… Но Катя была права — он действительно поддерживал меня все эти месяцы, не требуя ничего взамен.

— Приглашай, — решила я.

Роман Игоревич регулярно звонил, справлялся о здоровье. Он всё ещё не простил Сашу, но был рад, что мы хотя бы общаемся.

— Вы оба должны жить дальше, — сказал он в один из звонков. — Трагедия не должна определять вашу жизнь. Мой внук… он бы хотел, чтобы вы были счастливы.

Эти слова долго звучали в моей голове. Были бы мы счастливы? Смогли бы?

За неделю до суда я решилась на важный шаг. После сеанса физиотерапии набрала номер Саши.

— Можешь приехать? Нужно поговорить.

Он примчался через час. Мы сели в гостиной, Катя тактично удалилась к себе.

— Саша, я думала обо всём, что произошло, — начала я, собираясь с мыслями. — О нас, о прошлом, о будущем. И поняла одну вещь — я не могу жить в ненависти. Это разрушает меня изнутри.

Он слушал молча, напряжённый как струна.

— Я прощаю тебя, — слова дались тяжело, но я знала, что это необходимо. — Не для тебя — для себя. Чтобы двигаться дальше.

В его глазах блеснули слёзы.

— Ника…

— Но это не значит, что мы можем вернуть прошлое, — продолжила я. — Слишком много разрушено. Доверие, мечты, наш ребёнок… Мы не можем притвориться, что ничего не было.

— Я понимаю, — хрипло сказал он. — Что ты хочешь?

— Честно? Не знаю, — призналась я. — Часть меня хочет закрыть эту главу, развестись и начать с чистого листа. Другая часть… видит, как ты изменился. Видит твои попытки стать лучше. И думает — а вдруг?

— Вдруг что?

— Вдруг мы сможем построить что-то новое. Не на обломках старого, а с нуля. Как два человека, прошедших через ад и выживших.

Он смотрел на меня с такой надеждой, что сердце сжалось.

— Ты дашь нам шанс?

— Я не знаю, Саша. Правда не знаю. Но… может, стоит попробовать? Не сейчас, не сразу. Пусть пройдёт время. Пусть раны затянутся. А там посмотрим.

Он кивнул, понимая.

— Я буду ждать. Сколько потребуется. Я очень тебя люблю!