Книга (Без) Права на ошибку, страница 72 – Алла Нестерова

— Да.

— Ника, я… — он замялся, подбирая слова. — Можно я буду навещать тебя? Дома, я имею в виду. Помогать с реабилитацией, покупками…

Я долго молчала, разглядывая свои руки. За эти два месяца что-то изменилось. Не прошла боль, не вернулось доверие, но появилось… понимание? Усталость от ненависти?

— Посмотрим, — ответила я наконец. — Сначала мне нужно прийти в себя.

Он кивнул, в его глазах мелькнула надежда.

— Конечно. Я буду ждать. Сколько нужно.

Когда он ушёл, я откинулась на подушки. Завтра начнётся новая жизнь. Без ребёнка, с изувеченным телом и израненной душой. Но всё же — жизнь. И может быть, когда-нибудь, я смогу снова дышать без боли. Может быть.

Утро выписки встретило меня ярким июньским солнцем и щебетанием птиц за окном. Катя приехала рано, привезла мне одежду — мягкие спортивные штаны и свободную тунику, чтобы не давить на швы.

— Готова ехать домой? — спросила она, помогая мне одеться.

Домой. Странное слово. Та съёмная квартира на Бауманской больше не казалась домом — там я была беременной, полной надежд. Теперь это место будет напоминать о потере.

— Кстати, — добавила Катя, застёгивая молнию на моей толстовке, — Сергей вчера закончил ремонт в нашей новой квартире. Мы переехали на прошлой неделе, и… мы приготовили для тебя сюрприз.

Я подняла брови, но расспрашивать не стала.

Саша появился в дверях, когда мы уже собирались уходить. В руках у него были костыли и пакет с лекарствами.

— Вот, — протянул он костыли. — Подобрал по росту. И обезболивающие на первое время, схема приёма в пакете.

— Спасибо, — тихо сказала я, принимая костыли.

Он помог мне встать, придерживая под локоть. На миг наши взгляды встретились, и я увидела в его глазах столько невысказанного, что отвернулась.

— Береги себя, — сказал он тихо. — Если что-то понадобится…

— Я позвоню, — закончила я.

Спускаться на костылях оказалось сложнее, чем я думала. Каждый шаг отдавался тупой болью в бедре, но я стиснула зубы и двигалась вперёд. У выхода нас ждал Сергей с машиной.

— Привет, Ника, — он улыбнулся, открывая дверь. — Как самочувствие?

— Бывало лучше, — честно ответила я, с трудом устраиваясь на заднем сиденье.

Дорога прошла в молчании. Я смотрела на город за окном — Москва цвела, каштаны и сирень наполняли воздух сладким ароматом. Люди спешили по своим делам, жизнь кипела, равнодушная к личным трагедиям.

Но Катя свернула не к моему дому.

— Кать, это не та дорога, — заметила я.

— Знаю, — загадочно улыбнулась она. — Доверься мне.

Через пятнадцать минут мы остановились у современного жилого комплекса недалеко от парка. Сергей помог мне выйти, Катя взяла мои вещи.

— Что мы здесь делаем? — спросила я, опираясь на костыли.

— Пойдём, покажем, — Катя взяла меня под руку.

Мы поднялись на лифте на пятый этаж. Катя открыла дверь квартиры номер 47 и жестом пригласила войти.

Внутри была светлая трёхкомнатная квартира с панорамными окнами. Современный ремонт в спокойных тонах, просторная кухня-гостиная, две спальни. Но больше всего меня поразила одна из комнат — она была обставлена точь-в-точь как моя спальня в съёмной квартире. Та же кровать, тот же комод, даже мои книги на полках.

— Катя, что это? — я повернулась к подруге, чувствуя, как горло сжимается.

— Твоя новая комната, — просто сказала она. — Ты будешь жить с нами.