Книга Выход в клетку, страница 36 – Лана Фрейтаг

— Она не вещь, чтобы ее там держали, пока удобно.

— Тогда не веди себя так, будто можешь приехать и забрать ее за шкирку.

Он резко встал. Стул скрипнул по полу.

Андрея даже не дернулась.

Но он не знал, что делать с мыслью, что Ника могла сидеть где-то в красивом белом доме, улыбаться чужим людям, спать рядом с мужем и каждый день уходить от него чуть дальше.

Андрея убрала круассан обратно в пакет.

— Я поеду, — сказала она.

Волк посмотрел на нее так, будто она только что сказала глупость.

— Нет.

— Да.

— Андрея.

Андрея встала, подошла к нему ближе и остановилась у стола. На каблуках она умела становиться выше любого разговора, но сейчас была босая, без косметики, в его футболке, и от этого выглядела не слабее, а честнее. В ней не было ни капли жалости. Только расчет, тревога и странная, почти злая верность.

— Я съезжу на главный остров, — сказала она. — Аккуратно. Как будто у меня съемка.

— И привезешь ее?

Андрея посмотрела на него пристально.

— Если она сама захочет, — сказала Андрея.

Телефон на столе коротко завибрировал.

Оба посмотрели на экран.

Першин.

Волк взял трубку.

— Да.

Голос тренера прозвучал глухо, без обычной сухой злости:

— Ты где?

— Дома.

— Через час в зале.

— У меня по расписанию позже.

— Теперь через час.

Волк нахмурился.

— Что случилось?

На том конце повисла короткая пауза. Першин редко молчал просто так. Обычно он либо говорил, либо посылал, либо бросал трубку. Это молчание сразу легло в живот тяжелым камнем.

— Приезжай, — сказал он наконец. — И без самодеятельности сегодня. Услышал?

Волк посмотрел на Андрею.

Она уже поняла, что что-то не так.

— Услышал, — сказал он и сбросил.

Несколько секунд в кухне было тихо.

— Что? — спросила Андрея.

— Не знаю.

Но это была ложь. Он не знал фактов. Зато слишком хорошо знал этот тон.

Андрея быстро пошла в комнату за вещами.

— Я выезжаю сегодня, — сказала она уже оттуда. — Пока ты разбираешься со своим тренером, я разберусь с Никой.

Он перехватил ее у двери. Не грубо, но так, что она остановилась. Андрея подняла на него глаза, и на секунду в этой близости мелькнуло то, что она никогда не называла вслух: не любовь, нет. С этим она не врала себе. Но понимание. Опасное, слишком глубокое понимание двух людей, которые выбрались из грязи и все равно носили ее где-то под кожей.

— Я привезу тебе ответ. Или ее, — сказала она тихо.

Она закрыла за собой дверь. За матовым стеклом двинулась ее тень.

Волк смотрел на эту тень и заметил, как внутри снова поднимается тяжелое, дурное предчувствие.

Андрея хотела помочь.

Она правда думала, что едет за Никой.

И еще не знала, что эта поездка станет первым ходом в чужой игре, где ее саму уже давно ждали.

Вертолет сел на главный остров ближе к вечеру, когда небо уже темнело после очередного тропического ливня.

Дождь здесь шел почти полторы недели. Не красиво, не кинематографично, а зло и тяжело: с ветром, мутной водой у пирса, отмененными вылетами и тем липким ощущением, что острова на время отрезало от нормального мира. Потом погода резко выровнялась, солнце снова выжгло песок до белизны, и Джон Харпер немедленно решил, что теперь все могут двигаться по его расписанию.

Ника поняла это еще до того, как они вышли из вертолета.

На площадке их уже ждали. Двое сотрудников в белой форме, электрокар у дорожки, охрана чуть дальше, почти незаметная на фоне пальм, но от этого не менее ощутимая.