Книга Спайдер и Сторми, страница 42 – Келси Кингсли

Мне нравилось верить, что она плакала бы по мне, если бы могла.

— Привет.

Хриплый голос Люка напугал меня, и я поднял глаза от рисунка, увидев его в открытом дверном проёме.

— Привет, — повторил я, встречаясь с ним взглядом на секунду, прежде чем вернуться к завершению изображения влажных, повисших прядей её волос.

— Ты готов?

— Не пойду.

Люк вздохнул, вошёл в комнату и с досадой плюхнулся на край моей кровати.

— Да ладно тебе, чувак.

Было всего три часа дня, и я заметил, что от него уже пахло алкоголем. Люк не был алкоголиком — по крайней мере, я так не думал — но я начал задаваться вопросом, когда он начал пить просто так, а не только когда тусовался с друзьями. Если подумать, я вообще не мог вспомнить, когда он в последний раз тусовался с друзьями.

— Мама никогда не считала, что мне нужна терапия, — возразил я, зная, что использовать маму как козырь было дешёвым и лёгким ходом. Но это была правда.

Мама считала мою тревожность и нервозность просто частью моей личности, и где тут ложь? Если я должен был быть неловким одиночкой, справляющимся с периодическими паническими атаками, то почему я должен заставлять себя быть кем-то другим? Но Люк и Мелани не соглашались и считали, что теперь они главные.

— Мелани думает...

— О, теперь она моя мама? — огрызнулся я, остановив маркер и гневно посмотрев на старшего брата.

В последнее время Мелани, казалось, многое решала. Некоторые из решений были неплохими — например, настаивать на еженедельной уборке ванных комнат и следить за тем, чтобы мы ужинали каждый вечер, даже если эти ужины были простыми и дешёвыми. Но некоторые её идеи начинали меня бесить, например, предложение обратиться к специалисту, чтобы справиться с демонами, которые мучили меня с детства.

— О, да хватит уже, Чарли, — проворчал Люк, качая головой. — Перестань вести себя так, будто Мелани плохой человек, ладно? Я думал, она тебе нравится.

— Я не говорил, что она мне не нравится, — ответил я, защищаясь. Что, кстати, было правдой. Я не недолюбливал Мелани. Но было время, когда она нравилась мне больше, чем сейчас.

Люк проигнорировал меня и продолжил:

— Она просто думает, что тебе было бы полезно поговорить с кем-то, ясно? Знаешь, я не уверен, осознаёшь ли ты это, но мама слишком тебя опекала…

— Не говори о маме, — предупредил я Люка, бросив на него взгляд, который, как я надеялся, заставит его оставить меня в покое.

Он вздохнул и взглянул на рисунок у меня на коленях:

— Я не говорю, что мама делала что-то неправильно, ладно? Лишь говорю, что мы... я просто думаю, что, может, пора попробовать что-то другое. И честно, тебя убьёт, если ты попробуешь? Серьёзно? Потому что, если ты действительно думаешь, что сдохнешь, как только войдёшь в её кабинет, то дай мне знать, потому что я...

— Господи, можешь заткнуться? — закатил я глаза, бросил альбом на кровать и закрыл маркер. — Я, блин, пойду, ладно?

Люк встал, схватил меня за лицо и притянул к себе, чмокнув в щёку.

— Умничка.

Я оттолкнул его и слез с кровати, собираясь натянуть кроссовки, но он остановил меня:

— Подожди. Ты в этом пойдёшь?

Я посмотрел на свои чёрные спортивные штаны и чёрную футболку с «Type O Negative»⁶.

— Э-э… да?

Он поднял бровь.

— Ты не мог бы, ну, не знаю, надеть джинсы или что-то в этом роде?