Книга Спайдер и Сторми, страница 212 – Келси Кингсли

Я отвёл взгляд и судорожно выдохнул, проведя рукой по лицу и щетине. Она была права — но и я тоже. Миссис Уилер похоронила обоих своих сыновей, потому что мы с братом их убили. Я не убивал Томми преднамеренно, но это не отменяло случившегося.

— Что стало с их мамой? — шёпотом спросила Сторми.

Я беспомощно пожал плечами.

— Не было сомнений, что это была самооборона. Звонок в 911, конечно, записали, так что никакого расследования не проводили. Полицейские сказали, что всё предельно ясно, так что... — я снова пожал плечами. — В общем, я больше ничего не слышал о миссис Уилер. Честно говоря, она переехала через пару лет после смерти Ричи, но Томми… Он просто не мог с этим смириться.

— Это печально, — сказала Сторми, сжимая мою руку.

— Да, это так.

— Но я серьёзно, Чарли. Прекрати винить себя.

Я снова посмотрел на неё, на этот раз без нужды оправдываться. В горле встал ком, в глазах защипало.

— Томми не заслуживал этого, Сторми. Он просто тосковал по брату.

— Я знаю.

— Я пытался вразумить его.

— Я верю тебе.

— Он не слушал.

Сторми поднесла мою руку к губам и поцеловала костяшки пальцев.

— Он уже принял решение.

Неожиданный всхлип прорвался сквозь ком в горле.

— Я вижу его во сне. Я-я думаю… думаю, он преследует меня. Я не могу выбросить его из головы. Я ненавижу себя. Чёрт возьми, я так себя ненавижу.

Сторми отпустила мою руку и опустилась передо мной на колени. Она обхватила моё мокрое от слёз лицо ладонями и нашла мой взгляд в темноте.

— Отпусти это, Чарли, — прошептала Сторми, прикоснувшись лбом к моему. — А пока ты этого не сделаешь, я буду любить тебя за нас обоих.

* * *

Когда я проснулся под лучами солнца, начав новый день, мне с трудом верилось, что я вообще смог уснуть после того, как излил душу и плакал, пока глаза не опухли, а лицо не стало липким от слёз. Но каким-то чудом я поднялся с постели с полегчавшим сердцем, и на несколько минут мне даже показалось, что я могу смотреть на свои руки, не видя на них крови Томми.

Я понимал, что рана от травмы заживает дольше, чем за одну ночь. Но принятие и нежность Сторми оказались довольно надёжной заплаткой, и я начал представлять, что, возможно, настанет день, когда я почти не буду вспоминать ту ночь. Может быть, я даже смогу научиться прощать себя.

Я надеялся на это.

* * *

Мы пообедали в местном ресторанчике с семьёй Сторми. Солджер сидел рядом со мной и спросил, чувствую ли я себя лучше после того, как раскрыл ей свою самую тёмную тайну. Я повернулся к нему, удивлённый тем, как он это понял.

Но Солджер лишь улыбнулся, легонько толкнул меня своими татуированными костяшками и сказал:

— Я знаю, когда человек чувствует облегчение. Прими это, приятель. С тобой всё будет в порядке.

На этот раз я действительно позволил себе в это поверить.

После обеда Солджер и Рэй увезли своих мальчишек домой, в город под названием Ривер-Каньон, который находился в двух часах езды. И когда мы смотрели, как они уезжают, я понял, что с нетерпением жду встречи с ними в конце недели. Солджер больше не пугал меня, не напоминал о хулиганах из моего прошлого. Я надеялся, что у него найдётся ещё пара историй про Люка. Я хотел их услышать. Я хотел услышать всё.

Мы со Сторми вернулись в дом её родителей, чтобы немного передохнуть перед свадьбой Ивана. Иван заявил, что мы можем надеть всё, что захотим, — вероятно, это был ещё один способ завлечь меня на торжество. Но Сторми уговорила меня надеть костюм, настаивая, что лучшему другу жениха непозволительно являться в потрёпанных джинсах и потёртых боевых ботинках. Поэтому я послушался Сторми, и пока она готовилась в ванной, я оделся в спальне, где мы спали последние две ночи.