Книга На линии огня, страница 74 – Кэти Андрес

Стас лежал возле своего пульта, прижимая руку к голове. Сквозь пальцы сочилась темная, густая кровь. Осколок монитора рассек ему лоб. Лена сидела в углу, неестественно вывернув ногу, и тихо, монотонно скулила, глядя в одну точку. Шок.

— Вставай, Яна, работай, – приказала я сама себе вслух.

Тревога накатывала ледяными волнами. Сердце колотилось где-то в горле, мешая думать. Хотелось забиться под стол и закрыть уши. «Нельзя. Если поддамся сейчас – мы здесь и сдохнем». Я загнала панику в дальний угол сознания, заперла её в железный ящик. Потом потрясет. Потом поплачу. Сейчас – алгоритм действий.

Я подползла к Стасу, оторвала кусок ткани от своей рубашки, прижала к его ране. – Держи сам. Сильно прижми. Не отключайся, слышишь? Он кивнул, взгляд был мутным.

Потом к Лене. Перелом, похоже, открытый. Меня замутило, но руки делали все сами – найти аптечку, вколоть обезболивающее, наложить жгут выше раны. – Лена, смотри на меня! – рявкнула я. Она сфокусировала взгляд. – Дыши ровно. Помощь будет.

Я бросилась к панели связи. Мертва. Основные каналы – шум. Спутник – ноль. Локальная сеть с восточным крылом оборвана. Мы отрезаны. Здание стонало, где-то наверху что-то продолжало сыпаться. Если будет второй удар, этот “аквариум” станет нашей братской могилой.

Единственное, что светилось в полумраке – старый стационарный терминал экстренной связи, запитанный от отдельного генератора. Проводная линия. Древность, которая сейчас стоила дороже золота.

Я схватила трубку. Гудок был. Слабый, с треском, но был.

Кто там снаружи? Кого звать? МЧС не доедет – город в огне. Полиция занята мародерами и паникой. Нужен кто-то, кто умеет выживать в аду. Кто-то свой.

Пальцы набрали код группы быстрого реагирования. Позывной всплыл в памяти сам собой. Бес.

Гудки тянулись вечность. Один. Два. Три… – Слушаю, – голос был жестким, на фоне слышалась стрельба и вой сирен.

Меня затрясло, но я сжала трубку так, что побелели костяшки. Голос должен быть стальным. Я не просто испуганная девочка в развалинах. Я – координатор.

— Бес, это Центр, – сказала я, и мой голос прозвучал неожиданно твердо, разрезая хаос в моей голове. – Как слышишь меня?

— Центр? – в его голосе промелькнуло удивление. Он знал, что настоящая диспетчерская в другом крыле. – Слышу с помехами. Что у вас?

— У нас «трехсотые». Двое тяжелых. Восточное крыло отрезано, связи с ними нет. Само здание повреждено, возможны обрушения. Мы заблокированы в секторе «Б». Нам нужна эвакуация. Срочно.

Я посмотрела на Стаса, который начал сползать по стене, теряя сознание, и на бледную Лену.

— Бес, кроме вас некому, – добавила я тише, подавляя дрожь в голосе. – Вытаскивайте нас. Я веду вас по аварийному каналу.

— Принял, Центр. Держитесь. Будем через десять минут. Не отключайся.

Двумя часами ранее...

Мир, как известно, держится на трех китах. А работа пожарного – на трех «П»: Потушить, Проверить, Пожрать. Именно в таком порядке. И если с первыми двумя пунктами у нас сегодня складывалось неплохо, то третий хронически страдал.

Мы стояли на заднем дворе какой-то промзоны в районе «Силуэта». Полчаса назад здесь весело горели мусорные контейнеры, прижатые к стене склада с лакокрасочными изделиями. Огонь мы сбили быстро, даже не разматывая магистральную линию, просто от ствола первой помощи.