Книга Спасительная нить, страница 73 – Мишель Хёрд

Господи Иисусе, помоги мне.

Рама подходит к ней, ухмылка сползает с его лица, пока не остается лишь эмоционально мертвый монстр.

— Смотри на меня, — приказывает он Джей Джей, и когда она продолжает смотреть мне в глаза, он бьет ее по лицу.

Мое тело реагирует само: я делаю два шага вперед, прежде чем успеваю одернуть себя.

— Ты не смеешь оставлять на ней следы, — рычу я; в моем голосе полыхает адское пламя.

Джей Джей двигает челюстью, чтобы унять боль, затем ее глаза снова впиваются в мои.

Сосредоточься на мне, детка.

Когда Рама замечает, что она снова смотрит на меня, он усмехается и пожимает плечами: — Я не против поделиться. Он расстегивает ремень, и от тошнотворного звука ползущей вниз молнии в горле снова закипает желчь.

Он задирает платье Джей Джей, и когда ее тело содрогается от того, что он в нее входит, весь мой мир рушится. Она сжимает губы, ее лицо жутко бледнеет, а свет в глазах мгновенно меркнет.

Мучительная боль, не похожая ни на что из того, что я испытывал раньше, разлетается внутри меня осколками стекла. Режет и кромсает, пока от меня не остается лишь кровавое месиво.

Прости, Джей Джей. Боже, мне так, жаль.

Ее тело дергается от каждого толчка, моя душа темнеет, превращаясь в черную дыру, засасывающую все хорошее, что было в моей жизни. Мое тело сгорает от ярости, и кажется, будто я весь объят пламенем.

Это ломает меня, и я знаю, что мне конец. Я ни за что не смогу жить с осознанием того, что подвел Джей Джей.

Она не издает ни звука. Ей и не нужно, потому что слез, катящихся по ее щекам, достаточно, чтобы стереть меня в порошок.

Время искажается и растягивается. Я теряю связь с реальностью. Я превращаюсь в жалкую горстку пепла, пока женщину, которую я люблю, насилуют прямо на моих глазах.

Движения Рамы становятся жестче, ее тело страшно дергается. Его руки грубо мнут ее грудь через черную ткань, на его лице — садистская ухмылка.

Мы не отрываем глаз друг от друга, и мне кажется, что Джей Джей кричит внутри себя: «Дэниел!»

«Я здесь, Джули», — беззвучно произношу я. — «Сосредоточься на мне».

И она слушается, позволяя мне увидеть ее ужас и опустошение. Это связывает нас так, как я еще никогда ни с кем не был связан. Ее боль становится моей болью. Ее страх — моим страхом.

Рама рычит. Джей Джей сильно дергается. А затем он, наконец, замирает.

Я слышу, как он застегивает молнию, прежде чем шагнуть ко мне. Остановившись совсем рядом, он немного наклоняется.

— Я ожидал больше огня. — Он уходит, а я все так же смотрю на Джей Джей.

Когда дверь за ним захлопывается, она закрывает глаза и начинает прерывисто дышать. Ее лицо искажается от отвращения, рот открывается в беззвучном крике, а затем ее тело сотрясают рыдания.

Я бросаюсь вперед и, как и вчера, после того как сам ее изнасиловал, отстегиваю ее лодыжки и запястья. Ее тело обмякает на мне, и мы оба оседаем на ковер.

Джей Джей бессильно прижимается ко мне, вся ее сила ушла в дрожь, прерывистое дыхание и рыдания.

Обхватив ее руками, я начинаю покачиваться вместе с ней и, прижавшись губами к ее волосам, издаю мучительный стон.

Не в силах больше сдерживать эмоции, пока любовь всей моей конченной жизни ломается в моих руках, я шепчу: — Мне так жаль.

Последние два дня катятся по нам, словно валуны, сминая все на своем пути. Меня. Джей Джей. Долгие часы работы, которые мы вложили в это дело. Связь, которая между нами возникла. Ее невинность. Мою честь. Они давят и давят, пока не остаются лишь ее надломленные рыдания.