Книга Переплетённые судьбы, страница 166 – Ариана Баженова

Я встала со стула и осторожно опустилась на край кровати рядом с ним. Он замолк и перевел взгляд на меня — в его выразительных глазах читался немой вопрос. Никто не учил меня любви и страсти, но в теле ведьмы всегда очень много энергии, и она клокочет внутри, рвется наружу огненным желанием. Мы одновременно потянулись друг к другу, и наши губы соприкоснулись в робком поцелуе. Я протянула руку и нежно провела рукой по его затылку. Огонь нашего поцелуя разошелся, и я почувствовала, как тепло заполонило все тело. Его руки стянули с меня тунику и скользнули по округлой упругой груди, впервые изучая женское тело. Я впилась в его губы страстным поцелуем, и мы оба откинулись на кровать…

Прошло семь лет. Ронан умело обращался с травами — поэтому мне удалось не забеременеть, так как мы еще не были готовы. Каждый месяц наблюдая за луной на небе и видя, что она едва-едва начинает расти и выступает тонкой серебристой полоской, я принимала сваренный Ронаном отвар, и что-то внутри меня замирало, замедлялось, откладывая кровотечения на два, а то и три месяца. На мой обеспокоенный немой вопрос он всегда успокаивающе гладил меня по руке: «Это безопасно. Как только мы захотим ребёнка, ты перестанешь это пить, и всё придёт само».

Я верила. Все семь лет мы посвятили тому, что оттачивали наше магическое мастерство. И наш союз, единение мысли и материи крепло с каждым днем. Мы стояли на страже спокойствия нашей общины — благодаря нам всегда была защита от внешних врагов, засухи и неурожая. Мы исцеляли многие болезни: где-то Ронан делал это благодаря травам, где-то я накладывала руки, а иногда хватало честного доверительного разговора, чтобы вскрылся гнойник на душе.

Более того, благоверный не мог усидеть на месте и разбил около нашего дома небольшой участок с насаждениями, и самозабвенно копался в земле, обеспечивая нас запасом овощей на долгие месяцы. Я же не притрагивалась к земле, и он прекрасно понимал, что меня к этому не влечет. Мы во всём понимали друг друга и чувствовали малейшее движение души. Даже когда Ронан по привычке уходил в свою раковину, закрывался, особенно когда речь шла о сильных чувствах и эмоциях, и вместо этого предпочитал в одиночестве возиться с землёй или травами, я всем телом ощущала его настроение и читала его мысли, за что он каждый раз с благодарностью взирал на меня.

Сейчас наступил новый этап жизни. Бережно погладила живот, в котором уже зрела новая жизнь. Травы сработали как надо, муж не обманул. Затем тихо подошла к Ронану и приобняла его со спины. Он оторвался от работы, отложил связку сухоцветов и повернулся ко мне. Оранжевые закатные лучи мягко упали на его плечи и осветили лицо. Он нежно обнял меня, и я уткнулась носом в его шею, ощущая тепло и пульсацию его тела, сладковатый запах кожи и трав.

Я дома. Мы были едины. И любили друг друга слишком сильно. Я посмотрела ему в глаза, он вернул мне полный трепета взгляд и поцеловал. Совсем скоро по нашему дому, который мы вместе превратили в светлое уютное гнездышко, будет бегать малыш. Я знала, что это будет мальчик.

Со мной Ронан был, несмотря на его юный возраст, мудрым и проницательным наставником, защитником, помощником. В его объятиях я чувствовала себя в безопасности, а его суждения о мире и людях отличались поразительной глубиной. Мы могли часами лежать на траве, смотреть на звезды и разговаривать обо всем на свете — о том, что другие жители бы не поняли.