Книга Отмороженный, страница 83 – Рафаэль Дамиров

— Ну, ты подождёшь, когда закончится занятие? — спросила она. — Это терпит?

— Нет. Это очень срочно. У меня для тебя сюрприз.

— Да? Не люблю такого.

— Ну, не обещаю, что он тебе понравится. Но такого ты точно не ожидаешь.

Голос Маэстро прозвучал как-то зловеще. Только Полина этого не заметила. Её несла куда-то ввысь и вдаль, за эти стены эйфория от того, как весь курс молчит и смотрит, а сам Василий Аскольдович сидит тихо. Вот оно, внимание. И вдруг в голове, как заноза, шевельнулась мысль: а нужно ли ей всё это? Видимо, в детстве чего-то недодали, раз так тянет в центр. Видимо, недолюбили. А хочется ведь любви всего лишь одного человека. Настоящего мужчины. Пока такого нет на горизонте. Такого, как… Она хотела было сказать себе — как отец, и тут же эту мысль отрезала. Нет. Отец — плохой пример. Очень плохой…

— Ну что ты зависла? — спросил Маэстро. — Выходи. Я через пятнадцать минут подъеду. На том же месте. На лавочке у киоска с мороженым встретимся.

— Хорошо. Буду скоро, — ответила Полина и положила трубку.

Потом развернулась и молча, в гробовой тишине лекционного зала, где слышен был каждый её шаг, вышла.

* * *

Я стоял на крыльце университета и всё звонил и звонил Полине. В трубке равнодушный женский голос сообщал, что абонент временно недоступен, и предлагал оставить сообщение на голосовой почтовый ящик.

— Чёрт, возьми трубку. Какого хрена… — прошипел я и, не убирая телефон, пошёл внутрь.

В просторном холле за стойкой сидел престарелый охранник с бляхой на груди. Я подошёл к нему и показал фотографию дочери, ту самую, что забрал там, на заброшенном заводе.

— Видел её?

Охранник глянул на снимок, потом на меня, и сразу насупился.

— А кто её спрашивает? И зачем тебе она?

— Так видел или нет? — жёстче спросил я.

Он поморщился и потянулся к телефону.

— Сейчас ментов вызову. Ходят тут всякие, на студенточек заглядываются…

— Свои, — я показал ему удостоверение.

— А, ну с этого бы и начинал. Натворила чего?

— Нет. Она моя дочь.

— О как, — хмыкнул он. — Ни за что бы не подумал. Да видел я Полинку. Личность она заметная у нас в заведении.

— Когда?

— Так только что вышла. Ну, может, с минуту назад. Вон туда пошла, — он ткнул пальцем за стекло. — Видишь, где киоск с мороженым?

* * *

Маэстро подъехал к университету, остановился чуть поодаль, под тенью раскидистой липы. Сидел за рулём и ждал. Открыл бардачок, пошарил в нем. Внутри лежал узкий серебристый нож, остро наточенный и готовый к работе. Рядом — моток клейкой ленты, пластиковые хомутики и отрезок верёвки. Полный набор убийцы.

Он ещё раз убедился, что всё на месте, и прикрыл бардачок.

Через минуту он увидел Полину. Она подошла к киоску с мороженым, купила себе эскимо и плюхнулась на лавочку. На губах Маэстро появилась довольная улыбка. Всё шло как надо. Он уже собирался выйти к ней, как вдруг к лавочке подошёл тот, кого он ненавидел больше всего и ради которого столько лет готовил свой побег.

Отмороженный.

Так его звали. Охотник на маньяков.

Маэстро даже снял очки. В мутных, рыбьих, глубоко посаженных глазах на миг вспыхнуло то, что он обычно держал под замком: гнев, страх, всё сразу. И хоть лицо оставалось спокойным, да и дыхание тоже не сбилось, глаза подвели. В них, как в зеркале, на секунду всё отразилось.