Книга Отвергнутая на Земле избранная в космосе, страница 98 – Таруна Поддубная

Тишина после этих слов была короткой, но тяжелой. Потому что имя Ксилы ударило куда точнее любых доводов.

Раэль первым отвел взгляд. Потом шумно выдохнул. Потом посмотрел на капитана. Тот выругался себе под нос. Урих наверху снова издал такой звук, будто вся эта операция уже заранее кажется ему личным оскорблением.

— Ты упрямая, — наконец сказал Раэль устало.

— Нет, — ответила я, чувствуя, как во мне под этой усталостью вдруг проступает странное, почти спокойное упрямство. — Я просто не хочу потом жить с мыслью, что могла попробовать и не попробовала помочь спасти чью-то жизнь.

— Это нечестный аргумент, — пробормотал капитан.

— Зато рабочий, — сухо отозвался Урих.

Я поняла, что они сдаются, еще до того, как Раэль сквозь зубы произнес:

— Хорошо. Но ты все время будешь рядом. Ни на шаг в сторону. Ни одного лишнего движения без команды. И если я скажу бежать, ты не споришь, не геройствуешь и не пытаешься меня переубедить.

— Договорились, — выдохнула я так быстро, что он даже поморщился.

— Я еще не договорил, — мрачно напомнил он.

— А я уже согласилась.

— Это и пугает.

С потолка послышалось:

— О, чудесно. Просто чудесно. Мы все окончательно сошли с ума.

Именно в этот момент, когда мужчины, скрипя зубами, уже почти смирились с моим присутствием в спасательной вылазке, из-за спины Раэля раздался голос капитана, в котором было столько мрачного жизненного опыта, что я невольно даже выпрямилась.

— А вот после этого лорд с вами, как думаете, что сделает?

Урих ответил первым.

Не задумываясь.

— Убьет.

Раэль, не меняя выражения лица, продолжил за ним так спокойно, будто перечислял варианты ужина:

— Или сожрет вместе с формой.

И вот тут, сама от себя не ожидая, я вдруг услышала собственный голос уже не дрожащий, не злой, а почти бодрый, как у человека, который слишком устал бояться и потому временно начал наглеть.

— Это если он об этом узнает? - Несколько секунд они просто смотрели на меня.

Потом Урих сверху обреченно простонал что-то на своем языке. Потом капитан все-таки хмыкнул. А Раэль закрыл глаза так, будто именно в эту секунду окончательно понял, что связался с женщиной, которая однажды доконает его быстрее всех космических катастроф сразу.

Решив, что раз уж мы все-таки договорились, то сейчас просто сорвемся с места и побежим спасать тех, кто остался на станции, я очень быстро поняла, насколько по-детски и по-земному представляла себе спасательную вылазку в космосе. Потому что здесь никто никуда не бежал, не хватал с ходу оружие или аптечки и не бросался героически в неизвестность, а вместо этого все вокруг вдруг стало еще собраннее, строже и страшнее, будто само пространство корабля напомнило: импровизация хороша только до первого пробоя корпуса.

Не споря со мной больше ни словом, Раэль сразу ушел в работу.

Подойдя к одной из панелей, он быстро активировал ком на запястье и принялся рассылать сообщения тем, кому нужно было прибыть для спасательной вылазки к спасательным кораблям. Причем делал это с такой скоростью и таким мрачным сосредоточением, что я в какой-то момент поймала себя на мысли: вот сейчас передо мной не просто мужчина, который готов в любой момент прикрыть меня собой, а заместитель капитана. Боевой офицер, тот самый человек, за которым в опасной ситуации идут без лишних разговоров, потому что он умеет не паниковать, не суетиться и не тратить силы на красивую решимость, когда нужны четкие команды.