Книга Отвергнутая на Земле избранная в космосе, страница 240 – Таруна Поддубная

Я смотрю на дверь и чувствую, как внутри поднимается то же мерзкое узнавание, что было у карты.

— Он ждет меня.

Мужчины молчат.

Это согласие страшнее слов.

— Ольга, — начинает Раэль.

— Нет, — тихо говорю я, не отрывая взгляда от двери. — Я не собираюсь бежать к нему с поднятыми руками. Но дверь откроется не вам. Мне.

Валериан встает чуть впереди, загораживая меня плечом от самой панели.

— Тогда сначала мы поймем, что именно ты должна сделать.

— Он уже знает, что мы здесь, — отвечаю я.

— Да, — говорит он.

Под пальцами на правой ладони ток проходит сильнее. Я сжимаю руку, но это ничего не меняет. Напротив ощущение нарастает, будто кто-то с той стороны уже почувствовал меня и теперь тянет осторожно, почти ласково.

— Он зовет, — выдыхаю я.

Раэль резко смотрит на меня.

— Что именно ты чувствуешь?

— Не слова. Просто… направление. И давление. Как будто он знает, что я стою прямо здесь.

Урих ругается.

— Тогда быстро. На двери нет привычной защиты. Там что-то другое. Оля, если решишься ее тронуть, мы встанем вплотную. Если начнется сдвиг не молчи ни секунды.

— Я и не собираюсь молчать, — отвечаю я, хотя сама слышу, как неуверенно это звучит.

Валериан поворачивает ко мне голову. Его лицо в аварийном свете кажется почти чужим слишком красивым, слишком жестким, слишком собранным.

— Смотри на меня, — тихо говорит он.

Я послушно поднимаю взгляд.

— Если в какой-то момент тебе покажется, что он полез к тебе в голову, сдвинул время или начал раскачивать тебя на чувствах, ты говоришь сразу. Не когда уже станет поздно. Сразу.

Я киваю.

— Хорошо.

— И еще одно. — Он делает короткую паузу. — Что бы он ни говорил, ты не одна.

Вот это я чувствую сильнее всего. И, наверное, именно поэтому не ломаюсь прямо сейчас. Я делаю шаг к двери.

Стекло рядом внезапно светлеет изнутри. Не полностью. Только узкая длинная полоса на уровне глаз. За ней сперва ничего не видно, кроме темноты, а потом в глубине медленно проступает движение.

Существо.

Потом второй.

Потом еще.

У меня перехватывает дыхание.

Они там.

Живые.

Измученные, согнанные в дальний зал за прозрачной перегородкой. Часть сидит прямо на полу. Кто-то стоит, держась за стену. Кто-то поднимает голову на свет. И даже на таком расстоянии я вижу главное: это не тени. Не запись. Не иллюзия. Это живые существа.

— Черт, — шепчет Раэль.

— Заложники, — глухо говорит Урих. — Он специально включил вам обзор.

Да. Конечно. Чтобы я увидела. Чтобы не осталось ни малейшего шанса сделать вид, будто это все где-то далеко и ненастоящее.

Я делаю еще полшага вперед, и в эту же секунду над дверью вспыхивает тонкая линия света.

Не тревога. Не сканирование.

Приглашение.

У меня браслеты на запястьях нагреваются почти незаметно. Воздух вокруг будто проваливается в странную легкость.

— Ольга, назад, — резко говорит Ксила по каналу.

Но я уже понимаю: поздно.

Потому что дверь не открывается. Не так. Она просто перестает быть глухой преградой и становится чем-то другим тонкой границей, за которой я вдруг ясно чувствую его.

Совсем близко.

И в следующий миг он говорит.

Не из динамиков. Не из общего канала. Прямо оттуда, из темного пространства за залом с заложниками.

— Я ждал тебя.

У меня внутри все сжимается.

Из глубины сектора выходит фигура в балахоне. На этот раз не экран, не голос, не тень между временем. Он здесь. Настоящий. Высокий, тонкий, слишком спокойный для места, где за его спиной сидят перепуганные заложники и готовится что-то страшное.