Книга Правда без лицензии, страница 231 – Ксения Кирина

— Он и не должен мне нравиться, — с вызовом бросил Грандин-младший. — Но с тобой он с самого начала поступил отвратительно, согласись.

— У него были на то причины.

— Так. Кажется, со здравым смыслом я поторопился. Ты уже оправдываешь Круадевера.

— И только поэтому ты на него взъелся?

— Не только, — Рэм напыжился. — Он такой самодовольный, всё знает, всё умеет, но при этом припожаловал за помощью к простым веритарчерам. Да-да, у него есть на то Правдивые причины. А потом он примется тебя шантажировать или ещё чего похуже. Не нравится мне вот это всё.

Бьен подумала, что её брат превратился в голос потаённых тёмных глубин её разума — тех самых, которые время от времени нашёптывали ей об исходящей от аксиоманта опасности.

— Не волнуйся, Рэм, — тихо сказала она. — Я смогу о себе позаботиться. И однажды я всё-таки выйду замуж — почему бы не за аксиоманта? Уж он-то не заставит меня сидеть дома и заниматься хозяйством.

— Кандидатура Тьяго на роль твоего мужа мне уже нравится больше. Но он ухаживает за матушкой, теперь-то я понимаю.

— Однажды и ты женишься, — сказала Бьен.

— На ком?! — Рэма так поразила внезапная перемена темы, что он даже закашлялся.

И, судя по его реакции, подобная мысль ни разу не приходила в его голову.

— Разве у тебя нет девушки на примете?

— Ну, знаешь ли… Так быстро дела не делаются! А твой просветитель сам виноват! — невпопад ответил Рэм.

— Ты знаешь что-то, чего не знаю я? — с подозрением уточнила Бьен.

— Помнишь, что мадам Салвин говорила, что видела, как он обжимался с той девицей?

— Почти наверняка это была Коринна дю Патри. Помню, конечно. И что?

— Вот это мне и не нравится! — выпалил Рэм. — Он чересчур много себе позволяет. С ней обжимался, тебя скомпрометировал… А сколько мы о нём не знаем? Где гарантии, что он, женившись на тебе, станет осмотрительнее? Ещё впутается в скандальную историю и тебя втянет! Или продолжит любезничать с посторонними девицами!

Бьен отогнала непрошеное воспоминание о том, как Густав танцевал с Коринной, и заявила:

— Если он и Вправду когда-нибудь на мне женится, ему придётся пересмотреть эти его привычки.

Получив подтверждение тому, что Бьен не даст поблажек Густаву Круадеверу, Рэм подобрел. Настроение ему отравляло только то обстоятельство, что приходится сидеть и ждать аксиоманта, чтобы предпринимать дальнейшие действия.

— Надеюсь, дальше мы будем работать над этим делом все вместе, — с ударением на последних словах сказал Рэм, исподлобья поглядывая на сестру.

— Представь себе, я тоже на это надеюсь, — ответила Бьен, запирая офис.

На том Рэм окончательно успокоился.

Едва веритарчеры вернулись в квартиру (как-никак, даже у Искателей Правды должен быть выходной день), мадам Катрина нашла всем занятие по хозяйству. Рэма отослали за кое-какими покупками; Бьен, перехватив его уже на пороге, попросила по возможности раздобыть свежую «Шапо Клячку». Сама Бьен вместе с матерью занялась готовкой. Чуть позднее на кухне объявился Орест, щеголяющий зеленоватой бледностью и красными припухшими глазами; мадам Катрина заставила его выпить стакан молока и съесть несколько блинчиков, после чего страдалец уполз обратно к себе. Дед Фейвел дремал в кресле-качалке.

Медея, провалявшись почти до одиннадцати, встала и присоединилась к дамам семейства Грандин; по её собственному признанию, она очень мало в своей жизни занималась готовкой, но охотно взялась помогать с чисткой овощей (а ножом она орудовала мастерски).